AN 8.69 PTS AN 4.307 Восходящие Наставления 8.69 · Глава Бхумичала
Parisāsutta
Сутта Собрания
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
“Aṭṭhimā, bhikkhave, parisā. Katamā aṭṭha? Khattiyaparisā, brāhmaṇaparisā, gahapatiparisā, samaṇaparisā, cātumahārājikaparisā, tāvatiṁsaparisā, māraparisā, brahmaparisā.
“Бхикку, существуют эти восемь собраний. Какие восемь? Собрание кхаттиев, собрание брахманов, собрание домохозяев, собрание отшельников, собрание дэв, управляемых четырьмя божественными царями, собрание дэв Таватимсы, собрание Мары, собрание Брахмы.
Abhijānāmi kho panāhaṁ, bhikkhave, anekasataṁ khattiyaparisaṁ upasaṅkamitā. Tatrapi mayā sannisinnapubbañceva sallapitapubbañca sākacchā ca samāpannapubbā. Tattha yādisako tesaṁ vaṇṇo hoti tādisako mayhaṁ vaṇṇo hoti, yādisako tesaṁ saro hoti tādisako mayhaṁ saro hoti. Dhammiyā ca kathāya sandassemi samādapemi samuttejemi sampahaṁsemi. Bhāsamānañca maṁ na jānanti: ‘ko nu kho ayaṁ bhāsati devo vā manusso vā’ti. Dhammiyā kathāya sandassetvā samādapetvā samuttejetvā sampahaṁsetvā antaradhāyāmi. Antarahitañca maṁ na jānanti: ‘ko nu kho ayaṁ antarahito devo vā manusso vā’ti.
Я припоминаю, бхикку, как я подходил к собранию, состоящему из многих сотен кхаттиев. Прежде я сидел там, беседовал, вёл разговоры. Я возник там, будучи похожим на них, и мой голос стал похож на их голос. Я наставлял, вдохновлял, воодушевлял, и радовал их беседой о Дхамме. И когда я вёл речь, они не распознали меня, но подумали: “Кто это говорит – дэва или человек?” Наставив, вдохновив, воодушевив, и порадовав их беседой о Дхамме, я исчез, и когда я исчез, они не распознали меня, но подумали: “Кто это только что исчез – дэва или человек?”
Abhijānāmi kho panāhaṁ, bhikkhave, anekasataṁ brāhmaṇaparisaṁ …pe… gahapatiparisaṁ … samaṇaparisaṁ … cātumahārājikaparisaṁ … tāvatiṁsaparisaṁ … māraparisaṁ … brahmaparisaṁ upasaṅkamitā. Tatrapi mayā sannisinnapubbañceva sallapitapubbañca sākacchā ca samāpannapubbā. Tattha yādisako tesaṁ vaṇṇo hoti tādisako mayhaṁ vaṇṇo hoti, yādisako tesaṁ saro hoti tādisako mayhaṁ saro hoti. Dhammiyā ca kathāya sandassemi samādapemi samuttejemi sampahaṁsemi. Bhāsamānañca maṁ na jānanti: ‘ko nu kho ayaṁ bhāsati devo vā manusso vā’ti. Dhammiyā kathāya sandassetvā samādapetvā samuttejetvā sampahaṁsetvā antaradhāyāmi. Antarahitañca maṁ na jānanti: ‘ko nu kho ayaṁ antarahito devo vā manusso vā’ti. Imā kho, bhikkhave, aṭṭha parisā”ti.
Далее, я припоминаю, бхикку, как я подходил к собранию, состоящему из многих сотен брахманов… домохозяев… отшельников… дэв, управляемых четырьмя божественными царями… дэв Таватимсы… тех, что под Марой…. как я подходил к собранию, состоящему из многих сотен тех, что под Брахмой. Прежде я сидел там, беседовал, вёл разговоры. Я возник там, будучи похожим на них, и мой голос стал похож на их голос. Я наставлял, вдохновлял, воодушевлял, и радовал их беседой о Дхамме. И когда я вёл речь, они не распознали меня, но подумали: “Кто это говорит – дэва или человек?” Наставив, вдохновив, воодушевив, и порадовав их беседой о Дхамме, я исчез, и когда я исчез, они не распознали меня, но подумали: “Кто это только что исчез – дэва или человек?” Таковы, бхикку, восемь собраний”.
Navamaṁ.
Девятая.