Девять ступеней освобождающего прозрения

a. Созерцание возникновения и исчезновения (udayabbayānupassanā-ñāṇa): видение возникновения физических и умственных явлений вместе с их исчезновением. b. Созерцание распада (bhaṅgānupassanā-ñāṇa): видение исчезновения физических и умственных явлений.

c. Появление страха (bhayatūpaṭṭhāna-ñāṇa): видение всех формирований (то есть всех физических и умственных явлений) как чего-то, чего следует страшиться, подобно тому как человек видит смертоносную кобру, лежащую у него на пути, или палача, готового обезглавить преступника, нарушившего закон. d. Созерцание бедственности (ādīnavānupassanā-ñāṇa): видение всех формирований как массы боли и страдания, возникающих лишь затем, чтобы стареть, болеть, распадаться и умирать.

e. Созерцание отвращения (nibbidānupassanā-ñāṇa): взгляд на все формирования с чувством усталости и разочарования в круге рождения, старения, болезни и смерти, который идёт через различные перевалочные пункты круговорота странствий; видение боли и вреда, чувство презрения и отчуждения, без всякого желания быть вовлечённым в какие бы то ни было формирования.

Подобно тому как золотой царь-лебедь, который обычно наслаждается лишь предгорьями пика Читта и великими гималайскими озёрами, почувствовал бы одно лишь отвращение при мысли о купании в выгребной яме у ворот деревни неприкасаемых, так и возникновение прозрения порождает чувство отвращения ко всем формированиям.

f. Желание свободы (muñcitukamyatā-ñāṇa): ощущение желания вырваться из всех появляющихся формирований, подобно тому как человек, который спустился к водоёму купаться и встретил ядовитую змею или крокодила, будет стремиться только к бегству. g. Созерцание с размышлением (paṭisaṅkhānupassanā-ñāṇa): попытка найти способ вырваться из всех появляющихся формирований, подобно тому как перепёлка в клетке всё ищет способ выбраться из клетки.

h. Невозмутимость по отношению к формированиям (saṅkhārupekkhā-ñāṇa): взгляд на все формирования с чувством безразличия, подобно тому как муж и жена могут чувствовать безразличие к делам друг друга после развода. i. Знание в соответствии с истиной (saccānulomika-ñāṇa): видение всех формирований (всех пяти совокупностей) в свете четырёх благородных истин.

* * *

Все эти ступени прозрения — не что иное, как шестой уровень очищения: 6. Очищение через знание и видение пути (paṭipadāñāṇadassana-visuddhi): на этом этапе наш путь расчищен. Подобно тому как человек, срубивший все пни на своём пути вровень с землёй, может затем идти легко, так и со знанием на этом уровне: мы миновали загрязнения прозрения, но корни (avijjā, то есть неведение) всё ещё в земле.

Следующий шаг — развивать ум всё выше и выше в русле освобождающего прозрения, пока вы не достигнете высшей точки мирского уровня, ведущей к благородным путям, начиная с пути, который выводит на поток к Ниббане. Этот уровень называется:

7. Очищение знания и видения (ñāṇadassana-visuddhi): на этом этапе посвятите себя тому, чтобы развивать и снова обозревать ступени освобождающего прозрения, через которые вы прошли, вперёд и назад, пока не обретёте в них уверенность, так чтобы каждая ступень вела к следующей, от самого начала и до знания в соответствии с истиной и обратно, и чтобы ваше восприятие в свете четырёх благородных истин было совершенно ясным.

Если ваша мудрость относительно слаба, вам придётся пройти этот ряд три раза подряд, прежде чем в результате возникнет знание смены рода (gotrabhū-ñāṇa, знание Ниббаны). Если ваша мудрость умеренна, знание смены рода возникнет после того, как вы пройдёте ряд два раза подряд. Если ваша мудрость закалена и сильна, оно возникнет после того, как вы пройдёте ряд один раз.

Поэтому мудрецы прошлого делили тех, кто достигает первого благородного пути и плода, на три вида: те, чья мудрость относительно слаба, должны будут переродиться ещё семь раз; те, чья мудрость умеренна, — ещё три или четыре раза; те, чья мудрость быстра, — только один раз.

Разная скорость, с которой люди достигают первого пути и его плода, определяется их темпераментом и склонностями. Самый медленный разряд — те, кто развил две части спокойствия на одну часть прозрения. Средний разряд — те, кто развил одну часть спокойствия на одну часть прозрения. Те, у кого прозрение самое быстрое и сильное, — это те, кто развил одну часть спокойствия на две части прозрения.

Развив начальные части пути по-разному (здесь мы говорим только о тех частях пути, которые состоят из спокойствия и прозрения), они ясно видят четыре благородные истины в разные мгновения ума. В конце концов всё сводится к ясному видению пяти совокупностей в свете четырёх благородных истин. Что значит видеть ясно? И что значит «в свете четырёх благородных истин»?

Это можно объяснить так: сначала зафиксируйте внимание на результате, а затем проследите его причины. Сосредоточьтесь, например, на физических и умственных явлениях, как они возникают и исчезают в настоящем. Это истина страдания (dukkha-sacca), как в палийской фразе:

nāma-rūpaṃ aniccaṃ,
nāma-rūpaṃ dukkhaṃ,
nāma-rūpaṃ anattā:

«Все физические и умственные явления в равной мере непостоянны, тягостны и не-я». Зафиксируйте внимание на их возникновении и изменении, видя, что рождение — страдание, старение — страдание, болезнь и смерть — страдание; печаль, стенание, боль, горе и отчаяние — страдание; короче говоря, пять совокупностей — страдание. Какова причина?

Проследив причину страдания, вы обнаружите, что одна из причин — это жажда чувственных объектов: зрительных образов, звуков, запахов, вкусов, осязательных ощущений и мыслей. Она называется чувственной жаждой (kāma-taṇhā).

Затем сосредоточьтесь на уме, чтобы увидеть причину среднего уровня, и вы увидите: «В этот момент ум блуждает, желая, чтобы физические и умственные явления (форма, чувства, восприятия, формирования и сознание) были такими, как ему хочется». Это желание называется жаждой становления (bhava-taṇhā).

Снова сосредоточьтесь на уме, чтобы увидеть тонкую причину, и вы увидите: «В этот момент ум колеблется, желая, чтобы физические и умственные явления не менялись, чтобы они оставались под его контролем». Это желание называется жаждой не-становления (vibhava-taṇhā), то есть жаждой того, чтобы вещи оставались постоянными в согласии с собственными желаниями. Эти три вида жажды возникают, когда ум пребывает в заблуждении.

Сосредоточьтесь и исследуйте это состояние ума, охваченное заблуждением, пока не увидите, что оно непостоянно, тягостно и не-я.

Похлопайте Жажду по плечу и назовите её по имени, пока она, смущённая и пристыженная, не угаснет в сердце, в согласии с учением: «Непричастность к этой самой жажде, освобождение от неё, оставление её, отказ от неё, её прекращение, когда не остаётся никакой привязанности: вот прекращение страдания». Ум, который переходит от знания к заблуждению и обратно, — это один и тот же ум.

Жажда садится на него и не даёт ему развивать путь и обретать истинное знание, подобно тому как стаи птиц, садящиеся на высокое, неустойчивое, сужающееся кверху дерево, могут заставить его дрожать, качаться и рухнуть. Поэтому благородные ученики сосредоточились на жажде и отбросили её, оставив лишь nirodha, прекращение.

Прекращение можно разделить на два: прекращение физических и умственных явлений; или на три: прекращение чувственной жажды, жажды становления и жажды не-становления; или на четыре: прекращение чувств, восприятий, формирований и сознания различных вещей. Добавьте к последнему списку прекращение форм, и получится пять. Можно продолжать и дальше: если вы можете отпустить, прекращается всё.

Проще говоря, это значит, что сердце больше не цепляется за эти вещи, больше не даёт им питания. Однако у отпускания есть два уровня: мирской и сверхмирской. Мирское отпускание лишь мгновенно, а не раз и навсегда, и поэтому прекращение, которое из него следует, тоже лишь мирское. Оно ещё не постоянно. Что касается пути практики, он тоже ещё не постоянен. Это, конечно, благородный восьмеричный путь, но на мирском уровне. Например:

1. Мирское правильное воззрение: вы прозреваете страдание, его причины, его прекращение и путь к его прекращению, но ваше прозрение ещё не постоянно, потому что, хотя ваши воззрения верны, вы ещё не можете отпустить. Поэтому это считается мирским правильным воззрением. 2. Мирское правильное намерение: ваше намерение — отречься от чувственных удовольствий, не питать недоброжелательности и не причинять вреда. Эти три намерения верны, но они ещё не постоянны. Вы ещё не освободились в согласии с ними. Поэтому это считается мирским правильным намерением.

3. Мирская правильная речь: правильная речь бывает четырёх видов, а именно воздержание от лжи, от клеветы, сеющей раздор, от грубой и оскорбительной речи и от праздной, бесцельной болтовни. Вы знаете, что этих видов речи следует избегать, но всё же допускаете их по рассеянности. Поэтому это считается мирской правильной речью. 4. Мирское правильное действие: ваши поступки ещё не всегда правильны. Иногда вы поступаете честно, иногда нет. Это считается мирским правильным действием.

5. Мирской правильный образ жизни: вы ещё не постоянно поддерживаете правильный образ жизни в мыслях, словах и делах. Иными словами, он ещё не совершенно чист: в чём-то чист, а в чём-то нет. Поэтому он называется мирским правильным образом жизни. 6. Мирское правильное усилие: правильное усилие бывает четырёх видов, а именно усилие оставить уже возникшее зло, не допустить ещё не возникшего, породить ещё не возникшее добро и поддержать уже возникшее.

Ваши усилия в этих четырёх направлениях ещё не вполне последовательны. Иногда вы прилагаете усилие, а иногда нет. Поэтому это называется мирским правильным усилием. 7. Мирская правильная внимательность: правильная внимательность бывает четырёх видов, а именно внимательность к телу, к чувствам, к уму и к качествам ума. Когда вы непоследовательны в том, чтобы оставаться внимательными к этим основам внимательности (то удерживаете их в уме, то нет), ваша практика считается непостоянной.

Поэтому это называется мирской правильной внимательностью. 8. Мирское правильное сосредоточение: правильное сосредоточение бывает трёх видов, а именно мгновенное сосредоточение, пороговое сосредоточение и фиксированное проникновение. Если они могут подавлять неумелые качества ума лишь на какое-то время, они считаются непостоянными: иногда они у вас есть, а иногда нет. Поэтому это называется мирским правильным сосредоточением.

Эти восемь факторов можно свести к трём: к нравственности, сосредоточению и мудрости, то есть к непостоянной нравственности, непостоянному сосредоточению и непостоянной мудрости, иногда чистым, иногда запятнанным. Они, в свою очередь, сводятся в конечном счёте к нашим собственным мыслям, словам и делам.

Мы непостоянны в мыслях, словах и делах: иногда делаем добро, иногда зло; иногда говорим доброе, иногда злое; иногда думаем доброе, иногда злое.

Когда мы хотим сделать путь сверхмирским, нам нужно применить принципы нравственности, сосредоточения и мудрости к нашим мыслям, словам и делам, а затем сосредоточиться на очищении этих мыслей, слов и дел, чтобы они соответствовали принципам нравственности, сосредоточения и мудрости, пока мы не достигнем чистоты, сияющей и прочной. Только тогда путь может стать сверхмирским.

Результаты каждого пути, мирского или сверхмирского, следуют сразу за практикой пути, подобно тому как ваша тень неотступно следует за вами. Вернёмся к мирскому пути. Хотя о мирском пути говорится, что у него восемь факторов, этот восьмеричный путь, как его практикуют люди в целом, раздваивается на восемь правильных факторов и восемь неправильных, что даёт шестнадцатеричный путь. Вот почему возможен откат назад.

Дело в том, что нравственность, сосредоточение и мудрость не согласованы между собой. Например, у нашей нравственности может быть правильное воззрение, а у нашего сосредоточения — неправильное, или у нашей мудрости может быть правильное воззрение, а у нашей нравственности и сосредоточения — неправильное.

Иными словами, наши слова и дела могут быть нравственными, но наши мысли, подавленные помехами, могут не достигать единства; или ум может достигать покоя, но не способен отпустить свои объекты (элементы, совокупности или сферы чувств). Иногда у нашей мудрости может быть правильное воззрение, но мы не оставили безнравственных поступков.

Мы знаем, что они вредны, и способны какое-то время воздерживаться, но всё же не можем не возвращаться к ним, хотя и знаем, что так нельзя. Вот почему мы говорим, что у мирского пути шестнадцать факторов, восемь правильных и восемь неправильных, и он поворачивает то так, то этак.

Если же вы по-настоящему решите тренировать себя и затем будете следить за мирским правильным воззрением, чтобы удерживать его правильным и не давать неправильному пути вмешиваться, так чтобы ваша нравственность, сосредоточение и мудрость были согласованы, иными словами, чтобы у всех них было правильное воззрение, тогда этот же самый мирской путь, став постоянным и последовательным, сделается сверхмирским и приведёт к потоку, ведущему к Ниббане.

Как только вы достигнете сверхмирского уровня, у пути останется только восемь факторов: у вашей нравственности, сосредоточения и мудрости будет правильное воззрение в ваших мыслях, словах и делах. Так они выходят за пределы мирского уровня. Мирской уровень непостоянен: непоследователен, ненадёжен, нечестен сам с собой. В одно мгновение вы делаете добро, в следующее — зло. Потом, отступив назад, вы снова идёте вперёд. Если разделить людей мирского уровня на виды, их будет четыре:

1. Некоторые люди делали зло в прошлом, делают зло в настоящем и будут продолжать делать зло в будущем. 2. Некоторые люди делали зло в прошлом, но делают добро в настоящем и не желают оставлять добро в будущем. 3. Некоторые люди делали добро в прошлом, делают добро в настоящем, но откажутся от него в будущем.

4. Некоторые люди делали только добро в прошлом, поддерживают его в настоящем во всех своих действиях (то есть нравственность, сосредоточение и мудрость постоянно с ними) и собираются продолжать делать добро в будущем. Так что в людях мирского уровня нет ничего постоянного. Они жадны, они богаты. Они делают и добро, и зло.

Двух рук им мало; им приходится носить свою поклажу на коромысле, с одной ношей спереди и другой сзади. Иногда задняя ноша (прошлое) хороша, а передняя (будущее) дурна. Иногда передняя ноша хороша, а задняя дурна. Иногда и передняя, и задняя ноши дурны, но человек посередине хорош. Иногда все три хороши. Когда мы так нагружены, мы не в равновесии. Одна ноша тяжела, а другая легка. Иногда мы опрокидываемся назад, а иногда падаем ничком, и так туда и обратно, с одного уровня становления на другой. Так обстоит дело с нравственностью, сосредоточением и мудростью на мирском уровне.

Неизвестно, куда они приведут вас в следующий раз. Поэтому, как только вы опомнитесь, вам следует сразу же начать внимательно следить за мирским путём, чтобы привести мирскую нравственность, мирское сосредоточение и мирскую мудрость в согласие со сверхмирскими.