MN 44 PTS MN 1.299
Cūḷavedallasutta
Малое собрание вопросов и ответов
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Evaṁ me sutaṁ— ekaṁ samayaṁ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe.
Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Беличьем Святилище.
Atha kho visākho upāsako yena dhammadinnā bhikkhunī tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā dhammadinnaṁ bhikkhuniṁ abhivādetvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinno kho visākho upāsako dhammadinnaṁ bhikkhuniṁ etadavoca:
И тогда мирянин Висакха отправился к бхиккуни Дхаммадинне, поклонился ей, сел рядом и спросил её:
“‘sakkāyo sakkāyo’ti, ayye, vuccati. Katamo nu kho, ayye, sakkāyo vutto bhagavatā”ti?
– Досточтимая, «личность, личность» – так говорят. Что Благословенный называет личностью?
“Pañca kho ime, āvuso visākha, upādānakkhandhā sakkāyo vutto bhagavatā, seyyathidaṁ—rūpupādānakkhandho, vedanupādānakkhandho, saññupādānakkhandho, saṅkhārupādānakkhandho, viññāṇupādānakkhandho. Ime kho, āvuso visākha, pañcupādānakkhandhā sakkāyo vutto bhagavatā”ti.
– Друг Висакха, эти пять совокупностей, подверженные цеплянию, Благословенный называет личностью: форму как совокупность, подверженную цеплянию, чувство как совокупность, подверженную цеплянию, восприятие как совокупность, подверженную цеплянию, формации [ума] как совокупность, подверженную цеплянию, сознание как совокупность, подверженную цеплянию. Эти пять совокупностей, подверженные цеплянию, Благословенный называет личностью.
“Sādhayye”ti kho visākho upāsako dhammadinnāya bhikkhuniyā bhāsitaṁ abhinanditvā anumoditvā dhammadinnaṁ bhikkhuniṁ uttariṁ pañhaṁ apucchi:
Сказав: «Хорошо, досточтимая», мирянин Висакха восхитился и порадовался словам бхиккуни Дхаммадинны. Затем он задал ей следующий вопрос:
“‘sakkāyasamudayo sakkāyasamudayo’ti, ayye, vuccati. Katamo nu kho, ayye, sakkāyasamudayo vutto bhagavatā”ti?
– Досточтимая, «возникновение личности, возникновение личности» – так говорят. Что Благословенный называет возникновением личности?
“Yāyaṁ, āvuso visākha, taṇhā ponobbhavikā nandīrāgasahagatā tatratatrābhinandinī, seyyathidaṁ— kāmataṇhā bhavataṇhā vibhavataṇhā; ayaṁ kho, āvuso visākha, sakkāyasamudayo vutto bhagavatā”ti.
– Друг Висакха, жажда, которая приводит к новому существованию, сопровождающаяся наслаждением и страстью, наслаждением в том и в этом, то есть жажда чувственных удовольствий, жажда к существованию, жажда к несуществованию. Это Благословенный называет возникновением личности.
“‘Sakkāyanirodho sakkāyanirodho’ti, ayye, vuccati. Katamo nu kho, ayye, sakkāyanirodho vutto bhagavatā”ti?
– Досточтимая, «прекращение личности, прекращение личности» – так говорят. Что Благословенный называет прекращением личности?
“Yo kho, āvuso visākha, tassāyeva taṇhāya asesavirāganirodho cāgo paṭinissaggo mutti anālayo; ayaṁ kho, āvuso visākha, sakkāyanirodho vutto bhagavatā”ti.
– Друг Висакха, безостаточное угасание и прекращение, отбрасывание, оставление, отпускание и выбрасывание этой самой жажды. Это Благословенный называет прекращением личности.
“‘Sakkāyanirodhagāminī paṭipadā sakkāyanirodhagāminī paṭipadā’ti, ayye, vuccati. Katamā nu kho, ayye, sakkāyanirodhagāminī paṭipadā vuttā bhagavatā”ti?
– Досточтимая, «путь, ведущий к прекращению личности, путь, ведущий к прекращению личности» – так говорят. Что Благословенный называет путём, ведущим к прекращению личности?
“Ayameva kho, āvuso visākha, ariyo aṭṭhaṅgiko maggo sakkāyanirodhagāminī paṭipadā vuttā bhagavatā, seyyathidaṁ— sammādiṭṭhi sammāsaṅkappo sammāvācā sammākammanto sammāājīvo sammāvāyāmo sammāsati sammāsamādhī”ti.
– Друг Висакха, это тот самый Благородный восьмеричный путь: правильные воззрения, правильное устремление, правильная речь, правильные действия, правильные средства к жизни, правильное усилие, правильная внимательность и правильное сосредоточение.
“Taññeva nu kho, ayye, upādānaṁ te pañcupādānakkhandhā udāhu aññatra pañcahupādānakkhandhehi upādānan”ti?
– Досточтимая, это цепляние суть одно и то же, что и пять совокупностей, подверженных цеплянию, или же цепляние – это нечто отдельное от пяти совокупностей, подверженных цеплянию?
“Na kho, āvuso visākha, taññeva upādānaṁ te pañcupādānakkhandhā, nāpi aññatra pañcahupādānakkhandhehi upādānaṁ. Yo kho, āvuso visākha, pañcasu upādānakkhandhesu chandarāgo taṁ tattha upādānan”ti.
– Друг Висакха, цепляние не является тем же самым, что и пять совокупностей, подверженных цеплянию, но это и не есть нечто отдельное от пяти совокупностей, подверженных цеплянию. Желание и страсть по отношению к пяти совокупностям, подверженным цеплянию, – вот где здесь цепляние.
“Kathaṁ panāyye, sakkāyadiṭṭhi hotī”ti?
– Досточтимая, как возникает воззрение о «личности»?
“Idhāvuso visākha, assutavā puthujjano, ariyānaṁ adassāvī ariyadhammassa akovido ariyadhamme avinīto, sappurisānaṁ adassāvī sappurisadhammassa akovido sappurisadhamme avinīto, rūpaṁ attato samanupassati, rūpavantaṁ vā attānaṁ, attani vā rūpaṁ, rūpasmiṁ vā attānaṁ. Vedanaṁ …pe… saññaṁ … saṅkhāre … viññāṇaṁ attato samanupassati, viññāṇavantaṁ vā attānaṁ, attani vā viññāṇaṁ, viññāṇasmiṁ vā attānaṁ. Evaṁ kho, āvuso visākha, sakkāyadiṭṭhi hotī”ti.
– Вот, друг Висакха, необученный заурядный человек, который не уважает Благородных, неумелый и не тренированный в их Дхамме, который не уважает чистых людей, неумелый и не тренированный в их Дхамме, считает что: материальная форма – это «я»; или что «я» владеет материальной формой; или что материальная форма находится внутри «я»; или что «я» находится в материальной форме. Он считает, что чувство… восприятие… формации [ума]… сознание – это «я»; или что «я» владеет сознанием; или что сознание находится внутри «я»; или что «я» находится в сознании. Вот как возникает воззрение о «личности».
“Kathaṁ panāyye, sakkāyadiṭṭhi na hotī”ti?
– Досточтимая, как воззрение о «личности» не возникает?
“Idhāvuso visākha, sutavā ariyasāvako, ariyānaṁ dassāvī ariyadhammassa kovido ariyadhamme suvinīto, sappurisānaṁ dassāvī sappurisadhammassa kovido sappurisadhamme suvinīto, na rūpaṁ attato samanupassati, na rūpavantaṁ vā attānaṁ, na attani vā rūpaṁ, na rūpasmiṁ vā attānaṁ. Na vedanaṁ …pe… na saññaṁ … na saṅkhāre …pe… na viññāṇaṁ attato samanupassati, na viññāṇavantaṁ vā attānaṁ, na attani vā viññāṇaṁ, na viññāṇasmiṁ vā attānaṁ. Evaṁ kho, āvuso visākha, sakkāyadiṭṭhi na hotī”ti.
– Вот, друг Висакха, хорошо обученный благородный ученик, который уважает Благородных, умелый и тренированный в их Дхамме, Который уважает чистых людей, умелый и тренированный в их Дхамме, Не считает, что материальная форма – это «я» или что «я» владеет материальной формой; или что материальная форма находится внутри «я»; или что «я» находится в материальной форме; не считает, что чувство… восприятие… формации [ума]… сознание – это «я»; или что «я» владеет сознанием; или что сознание находится внутри «я»; или что «я» находится в сознании. Вот как воззрение о «личности» не возникает.
“Katamo panāyye, ariyo aṭṭhaṅgiko maggo”ti?
– Досточтимая, что такое Благородный восьмеричный путь?
“Ayameva kho, āvuso visākha, ariyo aṭṭhaṅgiko maggo, seyyathidaṁ— sammādiṭṭhi sammāsaṅkappo sammāvācā sammākammanto sammāājīvo sammāvāyāmo sammāsati sammāsamādhī”ti.
«Друг Висакха, это тот самый Благородный восьмеричный путь: правильные воззрения, правильное устремление, правильная речь, правильные действия, правильные средства к жизни, правильное усилие, правильная внимательность и правильное сосредоточение.
“Ariyo panāyye, aṭṭhaṅgiko maggo saṅkhato udāhu asaṅkhato”ti?
– Досточтимая, Благородный восьмеричный путь является обусловленным или необусловленным?
“Ariyo kho, āvuso visākha, aṭṭhaṅgiko maggo saṅkhato”ti.
– Друг Висакха, Благородный восьмеричный путь является обусловленным.
“Ariyena nu kho, ayye, aṭṭhaṅgikena maggena tayo khandhā saṅgahitā udāhu tīhi khandhehi ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saṅgahito”ti?
– Досточтимая, три совокупности [пути практики] включены в Благородный восьмеричный путь, или же Благородный восьмеричный путь включён в три совокупности?
“Na kho, āvuso visākha, ariyena aṭṭhaṅgikena maggena tayo khandhā saṅgahitā; tīhi ca kho, āvuso visākha, khandhehi ariyo aṭṭhaṅgiko maggo saṅgahito. Yā cāvuso visākha, sammāvācā yo ca sammākammanto yo ca sammāājīvo ime dhammā sīlakkhandhe saṅgahitā. Yo ca sammāvāyāmo yā ca sammāsati yo ca sammāsamādhi ime dhammā samādhikkhandhe saṅgahitā. Yā ca sammādiṭṭhi yo ca sammāsaṅkappo, ime dhammā paññākkhandhe saṅgahitā”ti.
Три совокупности не включены в Благородный восьмеричный путь, друг Висакха, но Благородный восьмеричный путь включён в три совокупности [пути практики] Правильная речь, правильное действие, правильные средства к жизни – эти состояния включены в совокупность нравственности. Правильное усилие, правильная внимательность, правильное сосредоточение – эти состояния включены в совокупность сосредоточения. Правильные воззрения и правильное устремление – эти состояния включены в совокупность мудрости.
“Katamo panāyye, samādhi, katame dhammā samādhinimittā, katame dhammā samādhiparikkhārā, katamā samādhibhāvanā”ti?
– Досточтимая, что такое сосредоточение? Что является основой сосредоточения? Что является оснащением сосредоточения? Что является развитием сосредоточения?
“Yā kho, āvuso visākha, cittassa ekaggatā ayaṁ samādhi; cattāro satipaṭṭhānā samādhinimittā; cattāro sammappadhānā samādhiparikkhārā. Yā tesaṁyeva dhammānaṁ āsevanā bhāvanā bahulīkammaṁ, ayaṁ ettha samādhibhāvanā”ti.
– Единение ума, друг Висакха, является сосредоточением. Четыре основы внимательности являются основой сосредоточения. Четыре правильных старания являются оснащением сосредоточения. Повторение, развитие, взращивание этих самых состояний является в этом плане развитием сосредоточения.
“Kati panāyye, saṅkhārā”ti?
– Досточтимая, сколько есть формаций?
“Tayome, āvuso visākha, saṅkhārā— kāyasaṅkhāro, vacīsaṅkhāro, cittasaṅkhāro”ti.
– Есть три формации, друг Висакха: телесная формация, словесная формация, умственная формация.
“Katamo panāyye, kāyasaṅkhāro, katamo vacīsaṅkhāro, katamo cittasaṅkhāro”ti?
– Но, досточтимая, что такое телесная формация? – Что такое словесная формация? – Что такое умственная формация?
“Assāsapassāsā kho, āvuso visākha, kāyasaṅkhāro, vitakkavicārā vacīsaṅkhāro, saññā ca vedanā ca cittasaṅkhāro”ti.
– Вдох и выдох, друг Висакха – это телесная формация. Направление и удержание ума [на объекте] – это словесная формация. Восприятие и чувство – это умственная формация.
“Kasmā panāyye, assāsapassāsā kāyasaṅkhāro, kasmā vitakkavicārā vacīsaṅkhāro, kasmā saññā ca vedanā ca cittasaṅkhāro”ti?
– Но, досточтимая, почему вдох и выдох – это телесная формация? Почему направление и удержание ума [на объекте] – это словесная формация? Почему восприятие и чувство – это умственная формация?
“Assāsapassāsā kho, āvuso visākha, kāyikā ete dhammā kāyappaṭibaddhā, tasmā assāsapassāsā kāyasaṅkhāro. Pubbe kho, āvuso visākha, vitakketvā vicāretvā pacchā vācaṁ bhindati, tasmā vitakkavicārā vacīsaṅkhāro. Saññā ca vedanā ca cetasikā ete dhammā cittappaṭibaddhā, tasmā saññā ca vedanā ca cittasaṅkhāro”ti.
– Друг Висакха, вдохи и выдохи телесны. Эти состояния связаны с телом. Вот почему вдох и выдох – это телесная формация. Вначале направив [ум к мысли], а затем, удержав [ум на мысли], человек начинает говорить. Вот почему направление и удержание [ума] являются словесной формацией. Восприятие и чувство умственны. Эти состояния связаны с умом. Вот почему восприятие и чувство – это умственная формация.
“Kathaṁ panāyye, saññāvedayitanirodhasamāpatti hotī”ti?
– Досточтимая, как происходит достижение прекращения восприятия и чувствования?
“Na kho, āvuso visākha, saññāvedayitanirodhaṁ samāpajjantassa bhikkhuno evaṁ hoti: ‘ahaṁ saññāvedayitanirodhaṁ samāpajjissan’ti vā, ‘ahaṁ saññāvedayitanirodhaṁ samāpajjāmī’ti vā, ‘ahaṁ saññāvedayitanirodhaṁ samāpanno’ti vā. Atha khvāssa pubbeva tathā cittaṁ bhāvitaṁ hoti yaṁ taṁ tathattāya upanetī”ti.
– Друг Висакха, когда бхикку достигает прекращения восприятия и чувствования, мысль не приходит к нему: «Я достигну прекращения восприятия и чувствования», или «Я достигаю прекращения восприятия и чувствования», или «Я достиг прекращения восприятия и чувствования». Вместо этого, то, как прежде был развит его ум, и приводит его к этому состоянию.
“Saññāvedayitanirodhaṁ samāpajjantassa panāyye, bhikkhuno katame dhammā paṭhamaṁ nirujjhanti—yadi vā kāyasaṅkhāro, yadi vā vacīsaṅkhāro, yadi vā cittasaṅkhāro”ti?
– Досточтимая, когда бхикку достигает прекращения восприятия и чувствования, какие состояния прекращаются в нём вначале: телесная формация, словесная формация, или умственная формация?
“Saññāvedayitanirodhaṁ samāpajjantassa kho, āvuso visākha, bhikkhuno paṭhamaṁ nirujjhati vacīsaṅkhāro, tato kāyasaṅkhāro, tato cittasaṅkhāro”ti.
– Друг Висакха, когда бхикку достигает прекращения восприятия и чувствования, то вначале прекращается словесная формация, затем телесная формация, затем умственная формация
“Kathaṁ panāyye, saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhānaṁ hotī”ti?
– Досточтимая, как происходит выход из достижения прекращения восприятия и чувствования?
“Na kho, āvuso visākha, saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhahantassa bhikkhuno evaṁ hoti: ‘ahaṁ saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhahissan’ti vā, ‘ahaṁ saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhahāmī’ti vā, ‘ahaṁ saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhito’ti vā. Atha khvāssa pubbeva tathā cittaṁ bhāvitaṁ hoti yaṁ taṁ tathattāya upanetī”ti.
– Друг Висакха, когда бхикку выходит из достижения прекращения восприятия и чувствования, к нему не приходит мысль: «Сейчас я выйду из достижения прекращения восприятия и чувствования», или «Я выхожу из достижения прекращения восприятия и чувствования», или «Я вышел из достижения прекращения восприятия и чувствования». Вместо этого, то, как прежде был развит его ум, и приводит его к этому состоянию.
“Saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhahantassa panāyye, bhikkhuno katame dhammā paṭhamaṁ uppajjanti—yadi vā kāyasaṅkhāro, yadi vā vacīsaṅkhāro, yadi vā cittasaṅkhāro”ti?
– Досточтимая, когда бхикку выходит из достижения прекращения восприятия и чувствования, какие состояния возникают вначале: телесная формация, словесная формация, или умственная формация?
“Saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhahantassa kho, āvuso visākha, bhikkhuno paṭhamaṁ uppajjati cittasaṅkhāro, tato kāyasaṅkhāro, tato vacīsaṅkhāro”ti.
– Друг Висакха, когда бхикку выходит из достижения прекращения восприятия и чувствования, то умственная формация возникает вначале, затем – телесная формация, затем – словесная формация.
“Saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhitaṁ panāyye, bhikkhuṁ kati phassā phusantī”ti?
– Досточтимая, когда бхикку вышел из достижения прекращения восприятия и чувствования, то сколько видов контакта касаются его?
“Saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhitaṁ kho, āvuso visākha, bhikkhuṁ tayo phassā phusanti—suññato phasso, animitto phasso, appaṇihito phasso”ti.
– Друг Висакха, когда бхикку вышел из достижения прекращения восприятия и чувствования, три контакта касаются его: пустотный контакт, беспредметный контакт, безжеланный контакт.
“Saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhitassa panāyye, bhikkhuno kiṁninnaṁ cittaṁ hoti kiṁpoṇaṁ kiṁpabbhāran”ti?
– Досточтимая, когда бхикку вышел из достижения прекращения восприятия и чувствования, к чему склоняется его ум, к чему направляется, к чему устремляется?
“Saññāvedayitanirodhasamāpattiyā vuṭṭhitassa kho, āvuso visākha, bhikkhuno vivekaninnaṁ cittaṁ hoti, vivekapoṇaṁ vivekapabbhāran”ti.
– Друг Висакха, когда бхикку вышел из достижения прекращения восприятия и чувствования, его ум склоняется к затворничеству, направляется к затворничеству, устремляется к затворничеству.
“Kati panāyye, vedanā”ti?
– Досточтимая, сколько есть видов чувств?
“Tisso kho imā, āvuso visākha, vedanā— sukhā vedanā, dukkhā vedanā, adukkhamasukhā vedanā”ti.
– Друг Висакха, есть три вида чувств: приятное чувство, болезненное чувство и ни-приятное-ни-болезненное чувство.
“Katamā panāyye, sukhā vedanā, katamā dukkhā vedanā, katamā adukkhamasukhā vedanā”ti?
– Но, что такое, досточтимая, приятное чувство? Что такое болезненное чувство? Что такое ни-приятное-ни-болезненное чувство?
“Yaṁ kho, āvuso visākha, kāyikaṁ vā cetasikaṁ vā sukhaṁ sātaṁ vedayitaṁ— ayaṁ sukhā vedanā. Yaṁ kho, āvuso visākha, kāyikaṁ vā cetasikaṁ vā dukkhaṁ asātaṁ vedayitaṁ— ayaṁ dukkhā vedanā. Yaṁ kho, āvuso visākha, kāyikaṁ vā cetasikaṁ vā neva sātaṁ nāsātaṁ vedayitaṁ— ayaṁ adukkhamasukhā vedanā”ti.
– Друг Висакха, всё, что переживается телесно или умственно как приятное и успокаивающее, является приятным чувством. Всё, что переживается телесно или умственно как болезненное и ранящее, является болезненным чувством. Всё, что переживается телесно или умственно ни как успокаивающее, ни как ранящее, является ни-приятным-ни-болезненным чувством.
“Sukhā panāyye, vedanā kiṁsukhā kiṁdukkhā, dukkhā vedanā kiṁsukhā kiṁdukkhā, adukkhamasukhā vedanā kiṁsukhā kiṁdukkhā”ti?
– Досточтимая, что приятно и что болезненно в отношении приятного чувства? Что болезненно и что приятно в отношении болезненного чувства? Что приятно и что болезненно в отношении ни-приятного-ни-болезненного чувства?
“Sukhā kho, āvuso visākha, vedanā ṭhitisukhā vipariṇāmadukkhā; dukkhā vedanā ṭhitidukkhā vipariṇāmasukhā; adukkhamasukhā vedanā ñāṇasukhā aññāṇadukkhā”ti.
– Друг Висакха, приятное чувство приятно, когда оно продолжается, и болезненно, когда оно изменяется. Болезненное чувство болезненно, когда оно продолжается, и приятно, когда оно изменяется. Ни-приятное-ни-болезненное чувство приятно, когда имеется знание [о нём], и болезненно, когда нет знания [о нём].
“Sukhāya panāyye, vedanāya kiṁ anusayo anuseti, dukkhāya vedanāya kiṁ anusayo anuseti, adukkhamasukhāya vedanāya kiṁ anusayo anusetī”ti?
– Досточтимая, какая скрытая склонность лежит в основе приятного чувства? Какая скрытая склонность лежит в основе болезненного чувства? Какая скрытая склонность лежит в основе ни-приятного-ни-болезненного чувства?
“Sukhāya kho, āvuso visākha, vedanāya rāgānusayo anuseti, dukkhāya vedanāya paṭighānusayo anuseti, adukkhamasukhāya vedanāya avijjānusayo anusetī”ti.
– Друг Висакха, скрытая склонность к жажде лежит в основе приятного чувства. Скрытая склонность к злобе лежит в основе болезненного чувства. Скрытая склонность к неведению лежит в основе ни-приятного-ни-болезненного чувства.
“Sabbāya nu kho, ayye, sukhāya vedanāya rāgānusayo anuseti, sabbāya dukkhāya vedanāya paṭighānusayo anuseti, sabbāya adukkhamasukhāya vedanāya avijjānusayo anusetī”ti?
– Досточтимая, скрытая склонность к жажде лежит в основе любого приятного чувства? Скрытая склонность к злобе лежит в основе любого болезненного чувства? Скрытая склонность к неведению лежит в основе любого ни-приятного-ни-болезненного чувства?
“Na kho, āvuso visākha, sabbāya sukhāya vedanāya rāgānusayo anuseti, na sabbāya dukkhāya vedanāya paṭighānusayo anuseti, na sabbāya adukkhamasukhāya vedanāya avijjānusayo anusetī”ti.
– Друг Висакха, скрытая склонность к жажде не лежит в основе любого приятного чувства. Скрытая склонность к злобе не лежит в основе любого болезненного чувства. Скрытая склонность к неведению не лежит в основе любого ни-приятного-ни-болезненного чувства.
“Sukhāya panāyye, vedanāya kiṁ pahātabbaṁ, dukkhāya vedanāya kiṁ pahātabbaṁ, adukkhamasukhāya vedanāya kiṁ pahātabban”ti?
– Досточтимая, что следует отбросить в отношении приятного чувства? Что следует отбросить в отношении болезненного чувства? Что следует отбросить в отношении ни-приятного-ни-болезненного чувства?
“Sukhāya kho, āvuso visākha, vedanāya rāgānusayo pahātabbo, dukkhāya vedanāya paṭighānusayo pahātabbo, adukkhamasukhāya vedanāya avijjānusayo pahātabbo”ti.
– Друг Висакха, скрытую склонность к жажде следует отбросить в отношении приятного чувства. Скрытую склонность к злобе следует отбросить в отношении болезненного чувства. Скрытую склонность к неведению следует отбросить в отношении ни-приятного-ни-болезненного чувства.
“Sabbāya nu kho, ayye, sukhāya vedanāya rāgānusayo pahātabbo, sabbāya dukkhāya vedanāya paṭighānusayo pahātabbo, sabbāya adukkhamasukhāya vedanāya avijjānusayo pahātabbo”ti?
– Досточтимая, скрытую склонность к жажде нужно отбросить в отношении любого приятного чувства? Скрытую склонность к злобе нужно отбросить в отношении любого болезненного чувства? Скрытую склонность к неведению нужно отбросить в отношении любого ни-приятного-ни-болезненного чувства?
“Na kho, āvuso visākha, sabbāya sukhāya vedanāya rāgānusayo pahātabbo, na sabbāya dukkhāya vedanāya paṭighānusayo pahātabbo, na sabbāya adukkhamasukhāya vedanāya avijjānusayo pahātabbo. Idhāvuso visākha, bhikkhu vivicceva kāmehi vivicca akusalehi dhammehi savitakkaṁ savicāraṁ vivekajaṁ pītisukhaṁ paṭhamaṁ jhānaṁ upasampajja viharati. Rāgaṁ tena pajahati, na tattha rāgānusayo anuseti. Idhāvuso visākha, bhikkhu iti paṭisañcikkhati: ‘kudāssu nāmāhaṁ tadāyatanaṁ upasampajja viharissāmi yadariyā etarahi āyatanaṁ upasampajja viharantī’ti? Iti anuttaresu vimokkhesu pihaṁ upaṭṭhāpayato uppajjati pihāppaccayā domanassaṁ. Paṭighaṁ tena pajahati, na tattha paṭighānusayo anuseti. Idhāvuso visākha, bhikkhu sukhassa ca pahānā, dukkhassa ca pahānā, pubbeva somanassadomanassānaṁ atthaṅgamā, adukkhamasukhaṁ upekkhāsatipārisuddhiṁ catutthaṁ jhānaṁ upasampajja viharati. Avijjaṁ tena pajahati, na tattha avijjānusayo anusetī”ti.
– Друг Висакха, скрытую склонность к жажде не нужно отбрасывать в отношении любого приятного чувства. Скрытую склонность к злобе не нужно отбрасывать в отношении любого болезненного чувства. Скрытую склонность к неведению не нужно отбрасывать в отношении любого ни-приятного-ни-болезненного чувства. Вот, друг Висакха, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], бхикку входит и пребывает в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием [ума на объекте медитации], с восторгом и удовольствием, что возникли из-за [этой] отстранённости. Этим он отбрасывает жажду, и скрытая склонность к жажде не залегает в основе этого. Вот бхикку рассуждает так: «Когда же я войду и буду пребывать в той сфере, в которую сейчас входят и в которой пребывают благородные?» В том, кто порождает стремление к наивысшему освобождению, возникает грусть, имея это стремление в качестве условия. Этим он отбрасывает злобу, и скрытая склонность к злобе не залегает в основе этого. Вот с оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и грусти, бхикку входит и пребывает в четвёртой джхане, которая является ни-приятной-ни-болезненной, характеризуется чистейшей внимательностью из-за невозмутимости. Этим он отбрасывает неведение, и скрытая склонность к неведению не залегает в основе этого.
“Sukhāya panāyye, vedanāya kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Досточтимая, что является обратной стороной приятного чувства?
“Sukhāya kho, āvuso visākha, vedanāya dukkhā vedanā paṭibhāgo”ti.
– Друг Висакха, болезненное чувство – обратная сторона приятного чувства.
“Dukkhāya pannāyye, vedanāya kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Что является обратной стороной болезненного чувства?
“Dukkhāya kho, āvuso visākha, vedanāya sukhā vedanā paṭibhāgo”ti.
– Приятное чувство– обратная сторона болезненного чувства.
“Adukkhamasukhāya panāyye, vedanāya kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Что является обратной стороной ни-приятного-ни-болезненного чувства?
“Adukkhamasukhāya kho, āvuso visākha, vedanāya avijjā paṭibhāgo”ti.
– Неведение – обратная сторона ни-приятного-ни-болезненного чувства.
“Avijjāya panāyye, kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Что является обратной стороной неведения?
“Avijjāya kho, āvuso visākha, vijjā paṭibhāgo”ti.
– Истинное знание – обратная сторона неведения.
“Vijjāya panāyye, kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Что является обратной стороной истинного знания?
“Vijjāya kho, āvuso visākha, vimutti paṭibhāgo”ti.
– Освобождение – обратная сторона истинного знания.
“Vimuttiyā panāyye, kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Что является обратной стороной освобождения?
“Vimuttiyā kho, āvuso visākha, nibbānaṁ paṭibhāgo”ti.
– Ниббана – обратная сторона освобождения.
“Nibbānassa panāyye, kiṁ paṭibhāgo”ti?
– Что является обратной стороной Ниббаны?
“Accayāsi, āvuso visākha, pañhaṁ, nāsakkhi pañhānaṁ pariyantaṁ gahetuṁ. Nibbānogadhañhi, āvuso visākha, brahmacariyaṁ, nibbānaparāyanaṁ nibbānapariyosānaṁ. Ākaṅkhamāno ca tvaṁ, āvuso visākha, bhagavantaṁ upasaṅkamitvā etamatthaṁ puccheyyāsi, yathā ca te bhagavā byākaroti tathā naṁ dhāreyyāsī”ti.
– Друг Висакха, ты слишком далеко зашёл в своём вопрошании, ты не смог уловить предел вопрошанию. Ведь святая жизнь, друг Висакха, основывается на Ниббане, завершается в Ниббане, заканчивается в Ниббане. Если желаешь, друг Висакха, отправляйся к Благословенному и спроси его о значении этого. Как Благословенный тебе объяснит, так тебе и следует это запомнить.
Atha kho visākho upāsako dhammadinnāya bhikkhuniyā bhāsitaṁ abhinanditvā anumoditvā uṭṭhāyāsanā dhammadinnaṁ bhikkhuniṁ abhivādetvā padakkhiṇaṁ katvā yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṁ abhivādetvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinno kho visākho upāsako yāvatako ahosi dhammadinnāya bhikkhuniyā saddhiṁ kathāsallāpo taṁ sabbaṁ bhagavato ārocesi.
И тогда мирянин Висакха, восхитившись и возрадовавшись словам бхиккуни Дхаммадинны, Встал со своего сиденья и, поклонившись ей и обойдя её с правой стороны, Отправлися к Благословенному. Поклонившись ему, он сел рядом и рассказал Благословенному обо всей беседе с бхиккуни Дхаммадинной.
Evaṁ vutte, bhagavā visākhaṁ upāsakaṁ etadavoca: “paṇḍitā, visākha, dhammadinnā bhikkhunī, mahāpaññā, visākha, dhammadinnā bhikkhunī. Mañcepi tvaṁ, visākha, etamatthaṁ puccheyyāsi, ahampi taṁ evamevaṁ byākareyyaṁ, yathā taṁ dhammadinnāya bhikkhuniyā byākataṁ. Eso cevetassa attho. Evañca naṁ dhārehī”ti.
Когда он закончил, Благословенный сказал ему: – Бхиккуни Дхаммадинна мудра, Висакха, бхиккуни Дхаммадинна обладает великой мудростью. Если бы ты спросил меня о значении этого, то я бы объяснил тебе тем же самым способом, как это и объяснила бхиккуни Дхаммадинна. Таково значение этого, и так тебе следует это запомнить.
Idamavoca bhagavā. Attamano visākho upāsako bhagavato bhāsitaṁ abhinandīti.
Так сказал Благословенный. Мирянин Висакха был доволен и восхитился словами Благословенного.
Cūḷavedallasuttaṁ niṭṭhitaṁ catutthaṁ.