SN 10.8 PTS (1st ed) SN 1.210 1. Индака
Sudattasutta
Судатта
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Ekaṁ samayaṁ bhagavā rājagahe viharati sītavane.
Однажды Благословенный проживал в Раджагахе, в Прохладной Пещере.
Tena kho pana samayena anāthapiṇḍiko gahapati rājagahaṁ anuppatto hoti kenacideva karaṇīyena. Assosi kho anāthapiṇḍiko gahapati: “buddho kira loke uppanno”ti.
И тогда домохозяин Анатхапиндика прибыл в Раджагаху по некоему делу. И он услышал: «Будда, как говорят, появился в мире!»
Tāvadeva ca pana bhagavantaṁ dassanāya upasaṅkamitukāmo hoti. Athassa anāthapiṇḍikassa gahapatissa etadahosi: “akālo kho ajja bhagavantaṁ dassanāya upasaṅkamituṁ. Sve dānāhaṁ kālena bhagavantaṁ dassanāya gamissāmī”ti buddhagatāya satiyā nipajji.
Он захотел незамедлительно отправиться повидать Благословенного, но мысль пришла к нему: «Сейчас неподходящий момент, чтобы пойти и повидать Благословенного сегодня. Я пойду и повидаю Благословенного завтра рано утром». Он лёг, памятуя о Будде,
Rattiyā sudaṁ tikkhattuṁ vuṭṭhāsi pabhātanti maññamāno. Atha kho anāthapiṇḍiko gahapati yena sivathikadvāraṁ tenupasaṅkami. Amanussā dvāraṁ vivariṁsu.
и три раза просыпался ночью, полагая, что уже наступил рассвет. И затем домохозяин Анатхапиндика подошёл к вратам кладбища. Нечеловеческие существа открыли врата.
Atha kho anāthapiṇḍikassa gahapatissa nagaramhā nikkhamantassa āloko antaradhāyi, andhakāro pāturahosi, bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁso udapādi, tatova puna nivattitukāmo ahosi.
И затем, по мере того как домохозяин Анатхапиндика уходил всё дальше от города, свет исчез, тьма наступила. В нём возникли страх и трепет, и он захотел вернуться назад.
Atha kho sivako yakkho antarahito saddamanussāvesi:
Но яккха Сивака, будучи сам невидимым, продекламировал:
“Sataṁ hatthī sataṁ assā, Sataṁ assatarīrathā; Sataṁ kaññāsahassāni, Āmukkamaṇikuṇḍalā; Ekassa padavītihārassa, Kalaṁ nāgghanti soḷasiṁ.
«Сотня слонов,
Сто жеребцов, Сто колесниц тащут мулы, Сто тысяч дев В украшениях, серьгах — Даже шестнадцатой части Не стоят шага вперёд.
Abhikkama gahapati, abhikkama gahapati; Abhikkamanaṁ te seyyo, no paṭikkamanan”ti.
Иди же вперёд, домохозяин! Иди же вперёд, домохозяин! Идти вперёд для тебя лучше, чем вновь повернуть назад».
Atha kho anāthapiṇḍikassa gahapatissa andhakāro antaradhāyi, āloko pāturahosi, yaṁ ahosi bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁso, so paṭippassambhi.
И тогда тьма рассеялась, и свет возник пред домохозяином Анатхапиндикой, а возникшие в нём страх и трепет утихли.
Dutiyampi kho anāthapiṇḍikassa gahapatissa āloko antaradhāyi, andhakāro pāturahosi, bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁso udapādi, tatova puna nivattitukāmo ahosi.
И во второй раз…
Dutiyampi kho sivako yakkho antarahito saddamanussāvesi:
“Sataṁ hatthī sataṁ assā, …pe… Kalaṁ nāgghanti soḷasiṁ.
Abhikkama gahapati, abhikkama gahapati; Abhikkamanaṁ te seyyo, no paṭikkamanan”ti.
Atha kho anāthapiṇḍikassa gahapatissa andhakāro antaradhāyi, āloko pāturahosi, yaṁ ahosi bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁso, so paṭippassambhi.
Tatiyampi kho anāthapiṇḍikassa gahapatissa āloko antaradhāyi, andhakāro pāturahosi, bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁso udapādi, tatova puna nivattitukāmo ahosi.
и третий раз свет исчез, и тьма наступила пред домохозяином Анатхапиндикой. В нём возникли страх и трепет, и он захотел вернуться назад.
Tatiyampi kho sivako yakkho antarahito saddamanussāvesi:
Но яккха Сивака, будучи сам невидимым, продекламировал:
“Sataṁ hatthī sataṁ assā, …pe… Kalaṁ nāgghanti soḷasiṁ.
«Сотня слонов …
Abhikkama gahapati, abhikkama gahapati; Abhikkamanaṁ te seyyo, no paṭikkamanan”ti.
чем вновь повернуть назад».
Atha kho anāthapiṇḍikassa gahapatissa andhakāro antaradhāyi, āloko pāturahosi, yaṁ ahosi bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁso, so paṭippassambhi. Atha kho anāthapiṇḍiko gahapati yena sītavanaṁ yena bhagavā tenupasaṅkami.
И тогда тьма рассеялась, и свет возник пред домохозяином Анатхапиндикой, а возникшие в нём страх и трепет угасли. И тогда домохозяин Анатхапиндика отправился к Благословенному в Прохладную Пещеру.
Tena kho pana samayena bhagavā rattiyā paccūsasamayaṁ paccuṭṭhāya abbhokāse caṅkamati. Addasā kho bhagavā anāthapiṇḍikaṁ gahapatiṁ dūratova āgacchantaṁ. Disvāna caṅkamā orohitvā paññatte āsane nisīdi. Nisajja kho bhagavā anāthapiṇḍikaṁ gahapatiṁ etadavoca: “ehi, sudattā”ti.
В то время Благословенный поднялся с первыми лучами солнца и, (медитируя), ходил на открытой местности вперёд и назад. Издали увидев домохозяина Анатхапиндику, он сошёл с дорожки, сел на подготовленное сиденье и обратился к домохозяину Анатхапиндике: «Подойди же, Судатта!»
Atha kho anāthapiṇḍiko gahapati, nāmena maṁ bhagavā ālapatīti, haṭṭho udaggo tattheva bhagavato pādesu sirasā nipatitvā bhagavantaṁ etadavoca: “kacci, bhante, bhagavā sukhamasayitthā”ti?
И тогда домохозяин Анатхапиндика, подумав: «Благословенный обратился ко мне по имени», упал в ноги Благословенному и сказал: «Надеюсь, уважаемый, Благословенный спал спокойно!»
“Sabbadā ve sukhaṁ seti, brāhmaṇo parinibbuto; Yo na limpati kāmesu, sītibhūto nirūpadhi.
«Воистину, всегда он спит спокойно: Брахман, который полностью угас, Не льнущий к чувственным усладам, Без обретений и остывший в сердце.
Sabbā āsattiyo chetvā, vineyya hadaye daraṁ; Upasanto sukhaṁ seti, santiṁ pappuyya cetasā”ti.
Привязанности все свои отрезав, Заботу в сердце устранив, Он, умиротворённый, спит спокойно, Когда достиг спокойствия ума».