SN 3.18 PTS (1st ed) SN 1.87 2. Бездетный
Kalyāṇamittasutta
Прилежание (II)
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Sāvatthinidānaṁ.
В Саваттхи.
Ekamantaṁ nisinno kho rājā pasenadi kosalo bhagavantaṁ etadavoca: “idha mayhaṁ, bhante, rahogatassa paṭisallīnassa evaṁ cetaso parivitakko udapādi: ‘svākkhāto bhagavatā dhammo, so ca kho kalyāṇamittassa kalyāṇasahāyassa kalyāṇasampavaṅkassa, no pāpamittassa no pāpasahāyassa no pāpasampavaṅkassā’”ti.
Сидя рядом, царь Пасенади Косальский обратился к Благословенному: «Так вот, уважаемый, по мере того как я пребывал уединённым в затворничестве, следующее раздумье возникло у меня в уме: „Дхамма хорошо была разъяснена Благословенным, и она для того, у кого хорошие друзья, хорошие приятели, хорошие товарищи, а не для того, у кого плохие друзья, плохие приятели, плохие товарищи“».
“Evametaṁ, mahārāja, evametaṁ, mahārāja. Svākkhāto, mahārāja, mayā dhammo. So ca kho kalyāṇamittassa kalyāṇasahāyassa kalyāṇasampavaṅkassa, no pāpamittassa no pāpasahāyassa no pāpasampavaṅkassāti.
«Так оно, великий царь! Так оно, великий царь! Дхамма хорошо была разъяснена мной, и она для того, у кого хорошие друзья, хорошие приятели, хорошие товарищи, а не для того, у кого плохие друзья, плохие приятели, плохие товарищи.
Ekamidāhaṁ, mahārāja, samayaṁ sakkesu viharāmi nagarakaṁ nāma sakyānaṁ nigamo. Atha kho, mahārāja, ānando bhikkhu yenāhaṁ tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā maṁ abhivādetvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinno kho, mahārāja, ānando bhikkhu maṁ etadavoca: ‘upaḍḍhamidaṁ, bhante, brahmacariyassa—yadidaṁ kalyāṇamittatā kalyāṇasahāyatā kalyāṇasampavaṅkatā’ti.
Однажды, великий царь, я проживал в стране Сакьев, в городе Сакьев под названием Нагарака. И тогда бхикку Ананда подошёл ко мне, поклонился, сел рядом и сказал: „Уважаемый, такова половина святой жизни — то есть, хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи“.
Evaṁ vuttāhaṁ, mahārāja, ānandaṁ bhikkhuṁ etadavocaṁ: ‘mā hevaṁ, ānanda, mā hevaṁ, ānanda. Sakalameva hidaṁ, ānanda, brahmacariyaṁ—yadidaṁ kalyāṇamittatā kalyāṇasahāyatā kalyāṇasampavaṅkatā. Kalyāṇamittassetaṁ, ānanda, bhikkhuno pāṭikaṅkhaṁ kalyāṇasahāyassa kalyāṇasampavaṅkassa ariyaṁ aṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ bhāvessati ariyaṁ aṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ bahulīkarissati.
Когда так было сказано, великий царь, я ответил бхикку Ананде: „Не так оно, Ананда! Не так оно, Ананда! Такова вся святая жизнь целиком, Ананда, — то есть хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи. Когда у бхикку есть хороший друг, хороший спутник, хороший товарищ, то можно ожидать, что он разовьёт и взрастит Благородный восьмеричный путь.
Kathañca, ānanda, bhikkhu kalyāṇamitto kalyāṇasahāyo kalyāṇasampavaṅko ariyaṁ aṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ bhāveti, ariyaṁ aṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ bahulīkaroti? Idhānanda, bhikkhu sammādiṭṭhiṁ bhāveti vivekanissitaṁ virāganissitaṁ nirodhanissitaṁ vossaggapariṇāmiṁ, sammāsaṅkappaṁ bhāveti … sammāvācaṁ bhāveti … sammākammantaṁ bhāveti … sammāājīvaṁ bhāveti … sammāvāyāmaṁ bhāveti … sammāsatiṁ bhāveti … sammāsamādhiṁ bhāveti vivekanissitaṁ virāganissitaṁ nirodhanissitaṁ vossaggapariṇāmiṁ. Evaṁ kho, ānanda, bhikkhu kalyāṇamitto kalyāṇasahāyo kalyāṇasampavaṅko ariyaṁ aṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ bhāveti, ariyaṁ aṭṭhaṅgikaṁ maggaṁ bahulīkaroti. Tadamināpetaṁ, ānanda, pariyāyena veditabbaṁ yathā sakalamevidaṁ brahmacariyaṁ—yadidaṁ kalyāṇamittatā kalyāṇasahāyatā kalyāṇasampavaṅkatāti.
И как, Ананда, бхикку, у которого хороший друг, хороший спутник, хороший товарищ, развивает и взращивает Благородный восьмеричный путь? Вот, Ананда, бхикку развивает правильные воззрения, которые поддерживаются уединением, бесстрастием, прекращением и созревают в оставлении. Он развивает правильное устремление… правильную речь… правильные действия… правильные средства к жизни… правильное усилие… правильную внимательность… правильное сосредоточение, которое поддерживается уединением, бесстрастием, прекращением и созревает в оставлении. Вот так, Ананда, этот бхикку, у которого есть хороший друг, хороший спутник, хороший товарищ, развивает и взращивает Благородный восьмеричный путь. И ещё с помощью следующего метода объяснения также, Ананда, можно понять, почему вся святая жизнь целиком представляет собой хороших друзей, хороших спутников, хороших товарищей:
Mamañhi, ānanda, kalyāṇamittaṁ āgamma jātidhammā sattā jātiyā parimuccanti, jarādhammā sattā jarāya parimuccanti, byādhidhammā sattā byādhito parimuccanti, maraṇadhammā sattā maraṇena parimuccanti, sokaparidevadukkhadomanassupāyāsadhammā sattā sokaparidevadukkhadomanassupāyāsehi parimuccanti. Iminā kho etaṁ, ānanda, pariyāyena veditabbaṁ yathā sakalamevidaṁ brahmacariyaṁ—yadidaṁ kalyāṇamittatā kalyāṇasahāyatā kalyāṇasampavaṅkatā’ti.
полагаясь на меня как на хорошего друга, Ананда, существа, подверженные рождению, освобождаются от рождения; существа, подверженные старению, освобождаются от старения; существа, подверженные смерти, освобождаются от смерти; существа, подверженные печали, стенанию, боли, грусти и отчаянию, освобождаются от печали, стенания, боли, грусти и отчаяния. Посредством этого метода объяснения, Ананда, также можно понять, почему вся святая жизнь целиком представляет собой хороших друзей, хороших спутников, хороших товарищей“.
Tasmātiha te, mahārāja, evaṁ sikkhitabbaṁ: ‘kalyāṇamitto bhavissāmi kalyāṇasahāyo kalyāṇasampavaṅko’ti. Evañhi te, mahārāja, sikkhitabbaṁ.
Поэтому, великий царь, ты должен тренировать себя так: „Я буду тем, у кого хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи“.
Kalyāṇamittassa te, mahārāja, kalyāṇasahāyassa kalyāṇasampavaṅkassa ayaṁ eko dhammo upanissāya vihātabbo— appamādo kusalesu dhammesu.
Когда, великий царь, у тебя хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи, то тебе следует пребывать, опираясь на одну вещь: на прилежание в благих состояниях ума.
Appamattassa te, mahārāja, viharato appamādaṁ upanissāya, itthāgārassa anuyantassa evaṁ bhavissati: ‘rājā kho appamatto viharati, appamādaṁ upanissāya. Handa mayampi appamattā viharāma, appamādaṁ upanissāyā’ti. Appamattassa te, mahārāja, viharato appamādaṁ upanissāya, khattiyānampi anuyantānaṁ evaṁ bhavissati: ‘rājā kho appamatto viharati appamādaṁ upanissāya. Handa mayampi appamattā viharāma, appamādaṁ upanissāyā’ti. Appamattassa te, mahārāja, viharato appamādaṁ upanissāya, balakāyassapi evaṁ bhavissati: ‘rājā kho appamatto viharati appamādaṁ upanissāya. Handa mayampi appamattā viharāma, appamādaṁ upanissāyā’ti. Appamattassa te, mahārāja, viharato appamādaṁ upanissāya, negamajānapadassapi evaṁ bhavissati: ‘rājā kho appamatto viharati, appamādaṁ upanissāya. Handa mayampi appamattā viharāma, appamādaṁ upanissāyā’ti?
Когда, великий царь, ты пребываешь в прилежании, опираясь на прилежание, то свита женщин твоего гарема будет думать так: „Царь пребывает в прилежании, опираясь на прилежание. Почему бы нам тоже не пребывать в прилежании, опираясь на прилежание?“. Когда, великий царь, ты пребываешь в прилежании, опираясь на прилежание, то свита твоих князей-кхаттиев будет думать так… твои воины будут думать так… твои подданные в городе и в сельской местности будут думать так: „Царь пребывает в прилежании, опираясь на прилежание. Почему бы нам тоже не пребывать в прилежании, опираясь на прилежание?“.
Appamattassa te, mahārāja, viharato appamādaṁ upanissāya, attāpi gutto rakkhito bhavissati— itthāgārampi guttaṁ rakkhitaṁ bhavissati, kosakoṭṭhāgārampi guttaṁ rakkhitaṁ bhavissatī”ti.
Когда, великий царь, ты пребываешь в прилежании, опираясь на прилежание, ты сам будешь защищён и охраняем, свита женщин твоего гарема будет защищена и охраняема, твоя сокровищница и хранилище будут защищены и охраняемы».
Idamavoca …pe…
И далее он добавил:
“Bhoge patthayamānena, uḷāre aparāpare; Appamādaṁ pasaṁsanti, puññakiriyāsu paṇḍitā; Appamatto ubho atthe, adhiggaṇhāti paṇḍito.
«И хочет кто богатств великих непрерывный ряд, То для того мудрец восхвалит прилежание В свершении поступков, что заслуги принесут. Прилежный мудрый человек Оберегает оба эти блага:
Diṭṭhe dhamme ca yo attho, yo cattho samparāyiko; Atthābhisamayā dhīro, paṇḍitoti pavuccatī”ti.
То благо, видимое в этой жизни, А также благо в жизни, что придёт. Кто непреклонен, достигая блага, Зовётся человеком мудрым».