SN 3.20 PTS (1st ed) SN 1.91 2. Бездетный
Dutiyaaputtakasutta
Бездетный (II)
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Atha kho rājā pasenadi kosalo divā divassa yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā ekamantaṁ nisinnaṁ kho rājānaṁ pasenadiṁ kosalaṁ bhagavā etadavoca: “handa kuto nu tvaṁ, mahārāja, āgacchasi divā divassā”ti?
В Саваттхи. И тогда царь Пасенади Косальский отправился к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Благословенный затем сказал ему: «Откуда путь держишь, великий царь, средь бела дня?»
“Idha, bhante, sāvatthiyaṁ seṭṭhi gahapati kālaṅkato. Tamahaṁ aputtakaṁ sāpateyyaṁ rājantepuraṁ atiharitvā āgacchāmi. Sataṁ, bhante, satasahassāni hiraññasseva, ko pana vādo rūpiyassa. Tassa kho pana, bhante, seṭṭhissa gahapatissa evarūpo bhattabhogo ahosi— kaṇājakaṁ bhuñjati bilaṅgadutiyaṁ. Evarūpo vatthabhogo ahosi— sāṇaṁ dhāreti tipakkhavasanaṁ. Evarūpo yānabhogo ahosi— jajjararathakena yāti paṇṇachattakena dhāriyamānenā”ti.
«Так вот же, уважаемый, один ростовщик-домохозяин из Саваттхи скончался. Я переправлял его невостребованное наследниками богатство к себе во дворец, так как он умер, не оставив завещания. Там было сто лакхов золота, не говоря уже о серебре, и всё же, уважаемый, пища того ростовщика-домохозяина была такой: он ел красный рис с кислой кашей. Его облачение было таким: он носил три предмета одежды из пеньки. Его средство передвижения было таким: он ездил в разломанной небольшой повозке с навесом, сделанным из листьев».
“Evametaṁ, mahārāja, evametaṁ, mahārāja. Bhūtapubbaṁ so, mahārāja, seṭṭhi gahapati taggarasikhiṁ nāma paccekasambuddhaṁ piṇḍapātena paṭipādesi. ‘Detha samaṇassa piṇḍan’ti vatvā uṭṭhāyāsanā pakkāmi. Datvā ca pana pacchā vippaṭisārī ahosi: ‘varametaṁ piṇḍapātaṁ dāsā vā kammakarā vā bhuñjeyyun’ti. Bhātu ca pana ekaputtakaṁ sāpateyyassa kāraṇā jīvitā voropesi.
«Так оно, великий царь! Так оно, великий царь! Когда-то в прошлом, великий царь, этот ростовщик-домохозяин подал еду паччекабудде по имени Тагарасикхи. Сказав: „Дайте еду отшельнику“, он встал со своего сиденья и ушёл. Но потом после даяния он пожалел об этом и подумал: „Лучше бы рабы или рабочие съели бы ту еду!“ Более того, он убил единственного сына своего брата, чтобы заполучить его состояние.
Yaṁ kho so, mahārāja, seṭṭhi gahapati taggarasikhiṁ paccekasambuddhaṁ piṇḍapātena paṭipādesi, tassa kammassa vipākena sattakkhattuṁ sugatiṁ saggaṁ lokaṁ upapajji. Tasseva kammassa vipākāvasesena imissāyeva sāvatthiyā sattakkhattuṁ seṭṭhittaṁ kāresi. Yaṁ kho so, mahārāja, seṭṭhi gahapati datvā pacchā vippaṭisārī ahosi: ‘varametaṁ piṇḍapātaṁ dāsā vā kammakarā vā bhuñjeyyun’ti, tassa kammassa vipākena nāssuḷārāya bhattabhogāya cittaṁ namati, nāssuḷārāya vatthabhogāya cittaṁ namati, nāssuḷārāya yānabhogāya cittaṁ namati, nāssuḷārānaṁ pañcannaṁ kāmaguṇānaṁ bhogāya cittaṁ namati. Yaṁ kho so, mahārāja, seṭṭhi gahapati bhātu ca pana ekaputtakaṁ sāpateyyassa kāraṇā jīvitā voropesi, tassa kammassa vipākena bahūni vassāni bahūni vassasatāni bahūni vassasahassāni bahūni vassasatasahassāni niraye paccittha. Tasseva kammassa vipākāvasesena idaṁ sattamaṁ aputtakaṁ sāpateyyaṁ rājakosaṁ paveseti. Tassa kho, mahārāja, seṭṭhissa gahapatissa purāṇañca puññaṁ parikkhīṇaṁ, navañca puññaṁ anupacitaṁ. Ajja pana, mahārāja, seṭṭhi gahapati mahāroruve niraye paccatī”ti.
Поскольку этот ростовщик-домохозяин подал еду паччекабудде по имени Тагарасикхи, то вследствие этой каммы он семь раз рождался в в счастливом уделе, в небесном мире. И в качестве остаточного результата этой же самой каммы, он семь раз становился ростовщиком в этом самом городе Саваттхи. Но поскольку этот ростовщик-домохозяин позже сожалел о совершённом им даянии, то вследствие этой каммы его ум не склонялся к наслаждению превосходной пищей, превосходными одеяниями, превосходными средствами передвижения или же к наслаждению превосходными предметами среди пяти нитей чувственных удовольствий. И поскольку этот ростовщик-домохозяин убил единственного сына своего брата, чтобы заполучить его состояние, то вследствие этой каммы он мучился в аду много лет, много сотен лет, много тысяч лет, много сотен тысяч лет. И в качестве остаточного результата этой же самой каммы он пополнил царскую казну этим седьмым по счёту богатством, невостребованным наследниками. Старая заслуга этого ростовщика-домохозяина была всецело истощена, и он не накопил какой-либо новой заслуги. И сегодня, великий царь, этот ростовщик-домохозяин жарится в Великом Аду Рорувы».
“Evaṁ, bhante, seṭṭhi gahapati mahāroruvaṁ nirayaṁ upapanno”ti.
«Так выходит, уважаемый, что этот ростовщик-домохозяин переродился в Великом Аду Рорувы?»
“Evaṁ, mahārāja, seṭṭhi gahapati mahāroruvaṁ nirayaṁ upapanno”ti.
«Да, великий царь, этот ростовщик-домохозяин переродился в Великом Аду Рорувы».
Idamavoca …pe….
И далее он добавил:
“Dhaññaṁ dhanaṁ rajataṁ jātarūpaṁ, Pariggahaṁ vāpi yadatthi kiñci; Dāsā kammakarā pessā, Ye cassa anujīvino.
«Зерно, богатство, золото и серебро, Любые разные владения, Посыльные, работники, рабы, И на твоём живёт кто иждивении —
Sabbaṁ nādāya gantabbaṁ, sabbaṁ nikkhippagāminaṁ; Yañca karoti kāyena, vācāya uda cetasā.
Всё это ты не сможешь взять с собой, Придётся всё это тебе оставить. Но то, что телом совершил, Или словами, иль умом:
Tañhi tassa sakaṁ hoti, taṁva ādāya gacchati; Taṁvassa anugaṁ hoti, chāyāva anapāyinī.
Вот твоё подлинное достояние, Вот, что возьмёшь, когда уйдёшь. Оно пойдёт вслед за тобой, Как будто собственная тень.
Tasmā kareyya kalyāṇaṁ, nicayaṁ samparāyikaṁ; Puññāni paralokasmiṁ, patiṭṭhā honti pāṇinan”ti.
Поэтому свершай добро, Наследство жизни, что придёт. Заслуги — помощь для существ, Возникнут в мире что ином».
Dutiyo vaggo.
Tassuddānaṁ
Jaṭilā pañca rājāno, Doṇapākakurena ca; Saṅgāmena dve vuttāni, Mallikā dve appamādena ca; Aputtakena dve vuttā, Vaggo tena pavuccatīti.