SN 4.23 PTS (1st ed) SN 1.120 3. Пятёрка о Маре
Godhikasutta
Годхика
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Evaṁ me sutaṁ— ekaṁ samayaṁ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe.
Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Беличьем Святилище.
Tena kho pana samayena āyasmā godhiko isigilipasse viharati kāḷasilāyaṁ. Atha kho āyasmā godhiko appamatto ātāpī pahitatto viharanto sāmayikaṁ cetovimuttiṁ phusi. Atha kho āyasmā godhiko tamhā sāmayikāya cetovimuttiyā parihāyi. Dutiyampi kho āyasmā godhiko appamatto ātāpī pahitatto viharanto sāmayikaṁ cetovimuttiṁ phusi. Dutiyampi kho āyasmā godhiko tamhā sāmayikāya cetovimuttiyā parihāyi. Tatiyampi kho āyasmā godhiko appamatto ātāpī pahitatto viharanto sāmayikaṁ cetovimuttiṁ phusi. Tatiyampi kho āyasmā godhiko tamhā …pe… parihāyi. Catutthampi kho āyasmā godhiko appamatto …pe… vimuttiṁ phusi. Catutthampi kho āyasmā godhiko tamhā …pe… parihāyi. Pañcamampi kho āyasmā godhiko …pe… cetovimuttiṁ phusi. Pañcamampi kho āyasmā …pe… vimuttiyā parihāyi. Chaṭṭhampi kho āyasmā godhiko appamatto ātāpī pahitatto viharanto sāmayikaṁ cetovimuttiṁ phusi. Chaṭṭhampi kho āyasmā godhiko tamhā sāmayikāya cetovimuttiyā parihāyi. Sattamampi kho āyasmā godhiko appamatto ātāpī pahitatto viharanto sāmayikaṁ cetovimuttiṁ phusi.
В то время достопочтенный Годхика проживал у Чёрной Скалы на склоне горы Исигили. И тогда, по мере того как достопочтенный Годхика проживал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума, но далее отпал от этого временного освобождения ума. И во второй раз, по мере того как достопочтенный Годхика пребывал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума, но далее отпал от этого временного освобождения ума. И в третий раз… и в четвёртый раз… и в пятый раз… и в шестой раз, по мере того как достопочтенный Годхика пребывал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума, но далее отпал от этого временного освобождения ума. И в седьмой раз, по мере того как достопочтенный Годхика пребывал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума.
Atha kho āyasmato godhikassa etadahosi: “yāva chaṭṭhaṁ khvāhaṁ sāmayikāya cetovimuttiyā parihīno. Yannūnāhaṁ satthaṁ āhareyyan”ti.
И тогда мысль пришла к достопочтенному Годхике: «Уже шесть раз я ниспадал от временного освобождения ума. Что, если я использую нож?»
Atha kho māro pāpimā āyasmato godhikassa cetasā cetoparivitakkamaññāya yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṁ gāthāhi ajjhabhāsi:
И тогда Злой Мара, напрямую познав своим собственным умом это раздумье в уме достопочтенного Годхики, подошёл к Благословенному и обратился к нему этими строфами:
“Mahāvīra mahāpañña, iddhiyā yasasā jala; Sabbaverabhayātīta, pāde vandāmi cakkhuma.
«Герой великий, в мудрости великий, Всюду сияющий могуществом и славой! Кланяюсь в ноги я тебе, о Тот Кто Видит, Преодолевшему вражду и трепетание.
Sāvako te mahāvīra, maraṇaṁ maraṇābhibhū; Ākaṅkhati cetayati, taṁ nisedha jutindhara.
Герой великий, смерть кто одолеть смог, Один твой ученик желает смерти. Намеревается лишить себя он жизни, Так уж сдержи его, о лучезарный!
Kathañhi bhagavā tuyhaṁ, Sāvako sāsane rato; Appattamānaso sekkho, Kālaṁ kayirā janesutā”ti.
Как может ученик твой, о Благословенный, — Тот, кто находит наслаждение в Дхамме, Ещё учащийся, кто ищет идеал сознания, — Сам свою жизнь забрать, о знаменитый?»
Tena kho pana samayena āyasmatā godhikena satthaṁ āharitaṁ hoti.
И к тому моменту достопочтенный Годхика уже использовал нож.
Atha kho bhagavā “māro ayaṁ pāpimā” iti viditvā māraṁ pāpimantaṁ gāthāya ajjhabhāsi:
Благословенный, осознав: «Это Злой Мара», обратился к нему строфой:
“Evañhi dhīrā kubbanti, nāvakaṅkhanti jīvitaṁ; Samūlaṁ taṇhamabbuyha, godhiko parinibbuto”ti.
«Именно так и поступает тот, уверен кто в себе: Привязанности к жизни не имеет больше он. И жажду вырвав с самым её корешком, Конечную Ниббану Годхика обрёл».
Atha kho bhagavā bhikkhū āmantesi: “āyāma, bhikkhave, yena isigilipassaṁ kāḷasilā tenupasaṅkamissāma yattha godhikena kulaputtena satthaṁ āharitan”ti.
И затем Благословенный обратился к бхикку: «Ну же, бхикку, пойдёмте к Чёрной Скале, что на склоне горы Исигили, где представитель клана Годхика использовал нож».
“Evaṁ, bhante”ti kho te bhikkhū bhagavato paccassosuṁ.
«Да, уважаемый», – ответили бхикку.
Atha kho bhagavā sambahulehi bhikkhūhi saddhiṁ yena isigilipassaṁ kāḷasilā tenupasaṅkami. Addasā kho bhagavā āyasmantaṁ godhikaṁ dūratova mañcake vivattakkhandhaṁ semānaṁ.
И тогда Благословенный вместе с группой бхикку отправился к Чёрной Скале, что на склоне горы Исигили. Благословенный издали увидел достопочтенного Годхику, лежащего на постели с повёрнутым плечом.
Tena kho pana samayena dhūmāyitattaṁ timirāyitattaṁ gacchateva purimaṁ disaṁ, gacchati pacchimaṁ disaṁ, gacchati uttaraṁ disaṁ, gacchati dakkhiṇaṁ disaṁ, gacchati uddhaṁ, gacchati adho, gacchati anudisaṁ.
И тут облако дыма, водоворот тьмы направился к востоку, затем к западу, затем к северу, затем к югу, вверх, вниз и в промежуточных направлениях.
Atha kho bhagavā bhikkhū āmantesi:
Благословенный тогда сказал бхикку:
“passatha no tumhe, bhikkhave, etaṁ dhūmāyitattaṁ timirāyitattaṁ gacchateva purimaṁ disaṁ, gacchati pacchimaṁ disaṁ, gacchati uttaraṁ disaṁ, gacchati dakkhiṇaṁ disaṁ, gacchati uddhaṁ, gacchati adho, gacchati anudisan”ti?
«Видите, бхикку, это облако дыма, водоворот тьмы, что двигается на восток, затем на запад, на север, на юг, вверх, вниз и в промежуточных направлениях?»
“Evaṁ, bhante”.
«Да, уважаемый».
“Eso kho, bhikkhave, māro pāpimā godhikassa kulaputtassa viññāṇaṁ samanvesati: ‘kattha godhikassa kulaputtassa viññāṇaṁ patiṭṭhitan’ti? Appatiṭṭhitena ca, bhikkhave, viññāṇena godhiko kulaputto parinibbuto”ti.
«Это, бхикку, Злой Мара ищет сознание представителя клана Годхики, недоумевая: „Где же утвердилось сознание представителя клана Годхики?“ Однако, бхикку, с неутверждённым сознанием представителя клана Годхика достиг окончательной Ниббаны».
Atha kho māro pāpimā beluvapaṇḍuvīṇaṁ ādāya yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṁ gāthāya ajjhabhāsi:
И тогда Злой Мара, взяв лютню из жёлтого дерева вилвы, подошёл к Благословенному и обратился к нему строфой:
“Uddhaṁ adho ca tiriyaṁ, disā anudisā svahaṁ; Anvesaṁ nādhigacchāmi, godhiko so kuhiṁ gato”ti.
«Вверху, внизу и по краям, В четырёх света сторонах, а также между ними Искал всё я, найти не смог, Куда бы Годхика ушёл».
“Yo dhīro dhitisampanno, jhāyī jhānarato sadā; Ahorattaṁ anuyuñjaṁ, jīvitaṁ anikāmayaṁ.
«Решительным он был, уверенным в себе, И радость в медитации всегда он находил, И этим занимал себя весь день, а также ночь, И не было привязанности к жизни у него
Jetvāna maccuno senaṁ, anāgantvā punabbhavaṁ; Samūlaṁ taṇhamabbuyha, godhiko parinibbuto”ti.
И войско Смерти смог он покорить, Не возвратится к новому существованию он. И жажду вырвав с самым её корешком, Конечную Ниббану Годхика обрёл».
Tassa sokaparetassa, vīṇā kacchā abhassatha; Tato so dummano yakkho, tatthevantaradhāyathāti.
Настолько сильно поражён он стал печалью, Что лютню выронил он из своей подмышки. И далее тот огорчённый дух На этом самом месте вдруг исчез.