SN 5.10 PTS (1st ed) SN 1.134 1. Бхиккуни
Vajirāsutta
Ваджира
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Sāvatthinidānaṁ.
В Саваттхи.
Atha kho vajirā bhikkhunī pubbaṇhasamayaṁ nivāsetvā pattacīvaramādāya sāvatthiṁ piṇḍāya pāvisi. Sāvatthiyaṁ piṇḍāya caritvā pacchābhattaṁ piṇḍapātapaṭikkantā yena andhavanaṁ tenupasaṅkami divāvihārāya. Andhavanaṁ ajjhogāhetvā aññatarasmiṁ rukkhamūle divāvihāraṁ nisīdi.
И тогда, утром, бхиккуни Ваджира оделась, взяла чашу и внешнее одеяние и вошла в Саваттхи собирать подаяния. Походив по Саваттхи в поисках подаяний, вернувшись с хождения за подаяниями, после принятия пищи она отправилась в рощу Слепых, чтобы провести там остаток дня. Войдя в рощу Слепых, она села у подножья дерева, чтобы провести здесь остаток дня.
Atha kho māro pāpimā vajirāya bhikkhuniyā bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁsaṁ uppādetukāmo samādhimhā cāvetukāmo yena vajirā bhikkhunī tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā vajiraṁ bhikkhuniṁ gāthāya ajjhabhāsi:
И тогда Злой Мара, желая породить страх, трепетание и ужас в бхиккуни Ваджире, желая разрушить её сосредоточение, подошёл к ней и обратился к ней следующей строфой:
“Kenāyaṁ pakato satto, kuvaṁ sattassa kārako; Kuvaṁ satto samuppanno, kuvaṁ satto nirujjhatī”ti.
«Кем было создано вот это существо? И где находится его создатель? И где же это существо возникло? И где находит прекращение существо?»
Atha kho vajirāya bhikkhuniyā etadahosi: “ko nu khvāyaṁ manusso vā amanusso vā gāthaṁ bhāsatī”ti?
И тогда мысль пришла к бхиккуни Ваджире: «Кто же произнёс эту строфу – человек или нечеловеческое существо?»
Atha kho vajirāya bhikkhuniyā etadahosi: “māro kho ayaṁ pāpimā mama bhayaṁ chambhitattaṁ lomahaṁsaṁ uppādetukāmo samādhimhā cāvetukāmo gāthaṁ bhāsatī”ti.
И мысль пришла к ней: «Это Злой Мара произнёс эту строфу, желая породить страх, трепетание и ужас во мне, желая разрушить моё сосредоточение».
Atha kho vajirā bhikkhunī “māro ayaṁ pāpimā” iti viditvā, māraṁ pāpimantaṁ gāthāhi paccabhāsi:
И тогда бхиккуни Ваджира, осознав: «Это Злой Мара», ответила ему строфами:
“Kiṁ nu sattoti paccesi, māra diṭṭhigataṁ nu te; Suddhasaṅkhārapuñjoyaṁ, nayidha sattupalabbhati.
«С чего ты полагаешь, что это „существо“? Не в этом ли твоё воззрение, Мара? Ведь это куча лишь одних формаций: Здесь никакого существа не обнаружить.
Yathā hi aṅgasambhārā, hoti saddo ratho iti; Evaṁ khandhesu santesu, hoti sattoti sammuti.
Чтоб как-то обозначить собрание частей, Используется слово „колесница“. Коль совокупности имеют место быть, Есть также и условность „существо“.
Dukkhameva hi sambhoti, dukkhaṁ tiṭṭhati veti ca; Nāññatra dukkhā sambhoti, nāññaṁ dukkhā nirujjhatī”ti.
Страдание всего лишь возникает, Страдание наличествует и уходит прочь. Не возникает ничего, помимо лишь страданий, Нет ничего, что прекращается, помимо них».
Atha kho māro pāpimā “jānāti maṁ vajirā bhikkhunī”ti dukkhī dummano tatthevantaradhāyīti.
И тогда Злой Мара, осознав: «Бхиккуни Ваджира знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.
Bhikkhunīvaggo paṭhamo.
Tassuddānaṁ
Āḷavikā ca somā ca, Gotamī vijayā saha; Uppalavaṇṇā ca cālā, Upacālā sīsupacālā ca; Selā vajirāya te dasāti.
Bhikkhunīsaṁyuttaṁ samattaṁ.