SN 55.27 PTS SN 5.385 3. Саракани
Dutiyaanāthapiṇḍikasutta
Анатхапиндика (II)
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Sāvatthinidānaṁ.
В Саваттхи.
Tena kho pana samayena anāthapiṇḍiko gahapati ābādhiko hoti dukkhito bāḷhagilāno. Atha kho anāthapiṇḍiko gahapati aññataraṁ purisaṁ āmantesi: “ehi tvaṁ, ambho purisa, yenāyasmā ānando tenupasaṅkama; upasaṅkamitvā mama vacanena āyasmato ānandassa pāde sirasā vanda: ‘anāthapiṇḍiko, bhante, gahapati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. So āyasmato ānandassa pāde sirasā vandatī’ti. Evañca vadehi: ‘sādhu kira, bhante, āyasmā ānando yena anāthapiṇḍikassa gahapatissa nivesanaṁ tenupasaṅkamatu anukampaṁ upādāyā’”ti.
И в то время домохозяин Анатхапиндика был нездоров, поражён болезнью, серьёзно болен. И тогда домохозяин Анатхапиндика обратился к некоему человеку так: «Ну же, почтенный, пойди к достопочтенному Ананде, поклонись ему в ноги от моего имени и скажи: „Уважаемый, домохозяин Анатхапиндика нездоров, поражён болезнью, серьёзно болен. Он кланяется в ноги достопочтенному Ананде“. И затем скажи: „Было бы хорошо, уважаемый, если бы достопочтенный Ананда из сострадания пришёл домой к домохозяину Анатхапиндике“.
“Evaṁ, bhante”ti kho so puriso anāthapiṇḍikassa gahapatissa paṭissutvā yenāyasmā ānando tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā āyasmantaṁ ānandaṁ abhivādetvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinno kho so puriso āyasmantaṁ ānandaṁ etadavoca: “anāthapiṇḍiko, bhante, gahapati ābādhiko dukkhito bāḷhagilāno. So āyasmato ānandassa pāde sirasā vandati. Evañca vadati: ‘sādhu kira, bhante, āyasmā ānando yena anāthapiṇḍikassa gahapatissa nivesanaṁ tenupasaṅkamatu anukampaṁ upādāyā’”ti. Adhivāsesi kho āyasmā ānando tuṇhībhāvena.
«Да, господин» – ответил человек и отправился к достопочтенному Ананде, поклонился ему и сел рядом, а затем донёс послание. Достопочтенный Ананда молча согласился.
Atha kho āyasmā ānando pubbaṇhasamayaṁ nivāsetvā pattacīvaramādāya yena anāthapiṇḍikassa gahapatissa nivesanaṁ tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā paññatte āsane nisīdi. Nisajja kho āyasmā ānando anāthapiṇḍikaṁ gahapatiṁ etadavoca: “kacci te, gahapati, khamanīyaṁ, kacci yāpanīyaṁ? Kacci dukkhā vedanā paṭikkamanti, no abhikkamanti; paṭikkamosānaṁ paññāyati, no abhikkamo”ti?
И затем, утром, достопочтенный Ананда, одевшись, взяв чашу и внешнее одеяние, отправился домой к домохозяину Анатхапиндике. Там он сел на подготовленное для него сиденье и сказал домохозяину Анатхапиндике: «Я надеюсь, ты поправляешься, домохозяин, я надеюсь, тебе становится лучше. Я надеюсь, твои болезненные ощущения спадают, а не возрастают, и что можно увидеть их спад, а не увеличение».
“Na me, bhante, khamanīyaṁ na yāpanīyaṁ. Bāḷhā me dukkhā vedanā abhikkamanti, no paṭikkamanti; abhikkamosānaṁ paññāyati, no paṭikkamo”ti.
«Уважаемый, я не поправляюсь, мне не становится лучше. Сильные болезненные ощущения возрастают во мне, а не спадают, и можно увидеть их увеличение, а не спад».
“Catūhi kho, gahapati, dhammehi samannāgatassa assutavato puthujjanassa hoti uttāso, hoti chambhitattaṁ, hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ. Katamehi catūhi? Idha, gahapati, assutavā puthujjano buddhe appasādena samannāgato hoti. Tañca panassa buddhe appasādaṁ attani samanupassato hoti uttāso, hoti chambhitattaṁ, hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
«Домохозяин, у необученного заурядного человека, который наделён этими четырьмя вещами, имеется ужас, трепет и страх перед неминуемой смертью. Какими четырьмя? Вот, домохозяин, необученный заурядный человек наделён недоверием к Будде, и когда он рассматривает в себе это недоверие к Будде, возникает ужас, трепет и страх перед неминуемой смертью.
Puna caparaṁ, gahapati, assutavā puthujjano dhamme appasādena samannāgato hoti. Tañca panassa dhamme appasādaṁ attani samanupassato hoti uttāso, hoti chambhitattaṁ, hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Далее, домохозяин, необученный заурядный человек наделён недоверием к Дхамме, и когда он рассматривает в себе это недоверие к Дхамме, возникает ужас, трепет и страх перед неминуемой смертью.
Puna caparaṁ, gahapati, assutavā puthujjano saṅghe appasādena samannāgato hoti. Tañca panassa saṅghe appasādaṁ attani samanupassato hoti uttāso, hoti chambhitattaṁ, hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Далее, домохозяин, необученный заурядный человек наделён недоверием к Сангхе, и когда он рассматривает в себе это недоверие к Сангхе, возникает ужас, трепет и страх перед неминуемой смертью.
Puna caparaṁ, gahapati, assutavā puthujjano dussīlyena samannāgato hoti. Tañca panassa dussīlyaṁ attani samanupassato hoti uttāso, hoti chambhitattaṁ, hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ. Imehi kho, gahapati, catūhi dhammehi samannāgatassa assutavato puthujjanassa hoti uttāso, hoti chambhitattaṁ, hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Далее, домохозяин, необученный заурядный человек безнравственен, и когда он рассматривает в себе эту безнравственность, возникает ужас, трепет и страх перед неминуемой смертью. У необученного заурядного человека, который наделён этими четырьмя вещами, имеется ужас, трепет и страх перед неминуемой смертью.
Catūhi kho, gahapati, dhammehi samannāgatassa sutavato ariyasāvakassa na hoti uttāso, na hoti chambhitattaṁ, na hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ. Katamehi catūhi? Idha, gahapati, sutavā ariyasāvako buddhe aveccappasādena samannāgato hoti— itipi so bhagavā …pe… satthā devamanussānaṁ buddho bhagavāti. Tañca panassa buddhe aveccappasādaṁ attani samanupassato na hoti uttāso, na hoti chambhitattaṁ, na hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Домохозяин, у благородного ученика, наделённого этими четырьмя вещами, не возникает ужаса, трепета и страха перед неминуемой смертью. Какими четырьмя? Вот, домохозяин, благородный ученик наделён непоколебимой уверенностью в Будде: «Благословенный – это тот, кто достиг совершенства, полностью просветлённый, совершенный в истинном знании и поведении, счастливейший, знаток миров, непревзойдённый вождь тех, кто должен обуздать себя, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный». Когда он рассматривает в себе эту непоколебимую уверенность в Будде, у него не возникает ужаса, трепета и страха перед неминуемой смертью.
Puna caparaṁ, gahapati, sutavā ariyasāvako dhamme aveccappasādena samannāgato hoti— svākkhāto bhagavatā dhammo …pe… paccattaṁ veditabbo viññūhīti. Tañca panassa dhamme aveccappasādaṁ attani samanupassato na hoti uttāso, na hoti chambhitattaṁ, na hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Далее, домохозяин, благородный ученик наделён непоколебимой уверенностью в Дхамме: «Дхамма превосходно провозглашена Благословенным, видимая здесь и сейчас, незамедлительно действенная, приглашающая к исследованию, ведущая вперёд, переживаемая мудрыми для себя». Когда он рассматривает в себе эту непоколебимую уверенность в Дхамме, у него не возникает ужаса, трепета и страха перед неминуемой смертью.
Puna caparaṁ, gahapati, sutavā ariyasāvako saṅghe aveccappasādena samannāgato hoti— suppaṭipanno bhagavato sāvakasaṅgho …pe… anuttaraṁ puññakkhettaṁ lokassāti. Tañca panassa saṅghe aveccappasādaṁ attani samanupassato na hoti uttāso, na hoti chambhitattaṁ, na hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Далее, домохозяин, благородный ученик наделён непоколебимой уверенностью в Сангхе: «Сангха учеников Благословенного практикует хороший путь, практикует прямой путь, практикует верный путь, практикует правильный путь; другими словами, четыре пары, или восемь, типов личностей – это Сангха учеников Благословенного: достойная даров, достойная гостеприимства, достойная подношений, достойная почтительного приветствия, несравненное поле заслуг для мира». Когда он рассматривает в себе эту непоколебимую уверенность в Сангхе, у него не возникает ужаса, трепета и страха перед неминуемой смертью.
Puna caparaṁ, gahapati, sutavā ariyasāvako ariyakantehi sīlehi samannāgato hoti akhaṇḍehi …pe… samādhisaṁvattanikehi. Tāni ca panassa ariyakantāni sīlāni attani samanupassato na hoti uttāso, na hoti chambhitattaṁ, na hoti samparāyikaṁ maraṇabhayaṁ.
Далее, домохозяин, благородный ученик наделён добродетелями, которые дороги благородным: прочными, цельными, незапятнанными, неиспорченными, освобождающими, восхваляемыми мудрецами, не цепляемыми, ведущими к сосредоточению. Когда он рассматривает в себе эти добродетели, которые дороги благородным, у него не возникает ужаса, трепета и страха перед неминуемой смертью.
Imehi kho, gahapati, catūhi dhammehi samannāgatassa sutavato ariyasāvakassa na hoti uttāso, na hoti chambhitattaṁ, na hoti samparāyikaṁ maraṇabhayan”ti.
У благородного ученика, наделённого этими четырьмя вещами, не возникает ужаса, трепета и страха перед неминуемой смертью».
“Nāhaṁ, bhante ānanda, bhāyāmi. Kyāhaṁ bhāyissāmi. Ahañhi, bhante, buddhe aveccappasādena samannāgato homi— itipi so bhagavā …pe… satthā devamanussānaṁ buddho bhagavāti. Dhamme …pe… saṅghe aveccappasādena samannāgato homi— suppaṭipanno bhagavato sāvakasaṅgho …pe… anuttaraṁ puññakkhettaṁ lokassāti. Yāni cimāni, bhante, bhagavatā gihisāmīcikāni sikkhāpadāni desitāni, nāhaṁ tesaṁ kiñci attani khaṇḍaṁ samanupassāmī”ti.
«Я не боюсь, уважаемый Ананда. С чего бы мне бояться? Ведь я, уважаемый, наделён непоколебимой уверенностью в Будде… Дхамме… Сангхе. А что касается тех правил тренировки для мирян, которым учил Благословенный, то я не вижу в себе такого, чтобы какое-либо из них было бы нарушено».
“Lābhā te, gahapati, suladdhaṁ te, gahapati. Sotāpattiphalaṁ tayā, gahapati, byākatan”ti.
«Какое благо для тебя, домохозяин! Какое великое благо для тебя, домохозяин! Ты, домохозяин, провозгласил плод вступления в поток».
Sattamaṁ.