SN 6.14 PTS (1st ed) SN 1.155 2. Пятёрка о брахмах
Aruṇavatīsutta
Арунавати
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Evaṁ me sutaṁ— ekaṁ samayaṁ bhagavā sāvatthiyaṁ viharati …pe… tatra kho bhagavā bhikkhū āmantesi: “bhikkhavo”ti.
Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. Там Благословенный обратился к бхикку так: «Бхикку!»
“Bhadante”ti te bhikkhū bhagavato paccassosuṁ. Bhagavā etadavoca:
«Уважаемый», – отвечали те бхикку. Благословенный сказал:
“Bhūtapubbaṁ, bhikkhave, rājā ahosi aruṇavā nāma. Rañño kho pana, bhikkhave, aruṇavato aruṇavatī nāma rājadhānī ahosi. Aruṇavatiṁ kho pana, bhikkhave, rājadhāniṁ sikhī bhagavā arahaṁ sammāsambuddho upanissāya vihāsi. Sikhissa kho pana, bhikkhave, bhagavato arahato sammāsambuddhassa abhibhūsambhavaṁ nāma sāvakayugaṁ ahosi aggaṁ bhaddayugaṁ.
«Бхикку, однажды в прошлом был царь по имени Арунава, у которого была столица под названием Арунавати. Благословенный Сикхи, совершенный, полностью просветлённый, жил в зависимости от столицы Арунавати. У Благословенного Сикхи двумя главными учениками были Абхибху и Самбхава, великолепная пара.
Atha kho, bhikkhave, sikhī bhagavā arahaṁ sammāsambuddho abhibhuṁ bhikkhuṁ āmantesi: ‘āyāma, brāhmaṇa, yena aññataro brahmaloko tenupasaṅkamissāma, yāva bhattassa kālo bhavissatī’ti.
И тогда Благословенный Сикхи обратился к бхикку Абхибху: «Ну же, брахман, почему бы нам не отправиться в некий мир брахм, пока не пришло обеденное время?» —
‘Evaṁ, bhante’ti kho bhikkhave, abhibhū bhikkhu sikhissa bhagavato arahato sammāsambuddhassa paccassosi. Atha kho, bhikkhave, sikhī bhagavā arahaṁ sammāsambuddho abhibhū ca bhikkhu—seyyathāpi nāma balavā puriso samiñjitaṁ vā bāhaṁ pasāreyya, pasāritaṁ vā bāhaṁ samiñjeyya; evameva—aruṇavatiyā rājadhāniyā antarahitā tasmiṁ brahmaloke pāturahesuṁ.
«Хорошо, уважаемый», — ответил бхикку Абхибху. И затем, бхикку, так же быстро, как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, Благословенный Сикхи, совершенный, полностью просветлённый, и бхикку Абхибху исчезли из столицы Арунавати и возникли в том мире брахм.
Atha kho, bhikkhave, sikhī bhagavā arahaṁ sammāsambuddho abhibhuṁ bhikkhuṁ āmantesi: ‘paṭibhātu, brāhmaṇa, taṁ brahmuno ca brahmaparisāya ca brahmapārisajjānañca dhammī kathā’ti.
Затем Благословенный Сикхи обратился к бхикку Абхибху так: «Поведай, брахман, беседу о Дхамме Брахме и его свите, а также собранию Брахмы». —
‘Evaṁ, bhante’ti kho, bhikkhave, abhibhū bhikkhu sikhissa bhagavato arahato sammāsambuddhassa paṭissutvā, brahmānañca brahmaparisañca brahmapārisajje ca dhammiyā kathāya sandassesi samādapesi samuttejesi sampahaṁsesi.
«Да, Учитель» – ответил бхикку Абхибху. И тогда он наставлял, понуждал, побуждал и радовал беседой о Дхамме Брахму, свиту Брахмы и собрание Брахмы.
Tatra sudaṁ, bhikkhave, brahmā ca brahmaparisā ca brahmapārisajjā ca ujjhāyanti khiyyanti vipācenti: ‘acchariyaṁ vata, bho, abbhutaṁ vata bho, kathañhi nāma satthari sammukhībhūte sāvako dhammaṁ desessatī’ti.
И по тому случаю Брахма, свита Брахмы и собрание Брахмы были этим возмущены, раздражены и жаловались: «Как удивительно, господа! Как поразительно, господа! Как может ученик учить Дхамме в присутствии самого Учителя?»
Atha kho, bhikkhave, sikhī bhagavā arahaṁ sammāsambuddho abhibhuṁ bhikkhuṁ āmantesi: ‘ujjhāyanti kho te, brāhmaṇa, brahmā ca brahmaparisā ca brahmapārisajjā ca— acchariyaṁ vata bho, abbhutaṁ vata bho, kathañhi nāma satthari sammukhībhūte sāvako dhammaṁ desessatīti. Tena hi tvaṁ, brāhmaṇa, bhiyyoso mattāya brahmānañca brahmaparisañca brahmapārisajje ca saṁvejehī’ti.
И тогда, бхикку, Благословенный Сикхи обратился к бхикку Абхибху так: «Брахман, Брахма, свита Брахмы и собрание Брахмы сокрушаются, говоря так: „Как удивительно, господа! Как поразительно, господа! Как может ученик учить Дхамме в присутствии самого Учителя?“ Что ж, брахман, в таком случае пробуди ещё большее чувство безотлагательности в Брахме, свите Брахмы и собрании Брахмы». —
‘Evaṁ, bhante’ti kho, bhikkhave, abhibhū bhikkhu sikhissa bhagavato arahato sammāsambuddhassa paṭissutvā dissamānenapi kāyena dhammaṁ desesi, adissamānenapi kāyena dhammaṁ desesi, dissamānenapi heṭṭhimena upaḍḍhakāyena adissamānena uparimena upaḍḍhakāyena dhammaṁ desesi, dissamānenapi uparimena upaḍḍhakāyena adissamānena heṭṭhimena upaḍḍhakāyena dhammaṁ desesi.
«Хорошо, уважаемый», — ответил бхикку Абхибху. И тогда он стал обучать Дхамме, делая своё тело видимым, делая своё тело невидимым, делая нижнюю часть своего тела видимой, а верхнюю невидимой, делая верхнюю часть своего тела видимой, а нижнюю невидимой.
Tatra sudaṁ, bhikkhave, brahmā ca brahmaparisā ca brahmapārisajjā ca acchariyabbhutacittajātā ahesuṁ: ‘acchariyaṁ vata bho, abbhutaṁ vata bho, samaṇassa mahiddhikatā mahānubhāvatā’ti.
И тогда, бхикку, Брахма, свита Брахмы и собрание Брахмы были поражены этим чудом и изумлением и говорили: «Как удивительно, господа! Как поразительно, господа! Какой великой силой и могуществом обладает этот отшельник!»
Atha kho abhibhū bhikkhu sikhiṁ bhagavantaṁ arahantaṁ sammāsambuddhaṁ etadavoca: ‘abhijānāmi khvāhaṁ, bhante, bhikkhusaṅghassa majjhe evarūpiṁ vācaṁ bhāsitā— pahomi khvāhaṁ, āvuso, brahmaloke ṭhito sahassilokadhātuṁ sarena viññāpetun’ti.
И тогда, бхикку, бхикку Абхибху сказал Благословенному Сикхи, совершенному, полностью просветлённому: «Я припоминаю, уважаемый, что я делал такое заявление посреди общины бхикку: „Друзья, находясь в мире Брахмы, я могу сделать так, чтобы мой голос был слышен по всей системе тысячи миров“». —
‘Etassa, brāhmaṇa, kālo, etassa, brāhmaṇa, kālo; yaṁ tvaṁ, brāhmaṇa, brahmaloke ṭhito sahassilokadhātuṁ sarena viññāpeyyāsī’ti.
«Сейчас подходящее время для этого, брахман! Сейчас подходящее время для этого, брахман! Находясь в мире Брахмы, тебе следует сделать так, чтобы твой голос был слышен по всей системе тысячи миров». –
‘Evaṁ, bhante’ti kho, bhikkhave, abhibhū bhikkhu sikhissa bhagavato arahato sammāsambuddhassa paṭissutvā brahmaloke ṭhito imā gāthāyo abhāsi:
«Да, уважаемый», – ответил бхикку Абхибху. И затем, находясь в мире Брахмы, он произнёс эти строфы:
‘Ārambhatha nikkamatha, Yuñjatha buddhasāsane; Dhunātha maccuno senaṁ, Naḷāgāraṁva kuñjaro.
«Старайся и усердие своё взрасти! Настрой себя на практику Учения Будды. И Смерти армию затем смети, Как хижину из тростника сметает слон.
Yo imasmiṁ dhammavinaye, appamatto vihassati; Pahāya jātisaṁsāraṁ, dukkhassantaṁ karissatī’ti.
Кто пребывает в прилежании В этом Учении и Дисциплине, Оставив странствие в перерождениях, Положит тот страданию конец».
Atha kho, bhikkhave, sikhī ca bhagavā arahaṁ sammāsambuddho abhibhū ca bhikkhu brahmānañca brahmaparisañca brahmapārisajje ca saṁvejetvā— seyyathāpi nāma …pe… tasmiṁ brahmaloke antarahitā aruṇavatiyā rājadhāniyā pāturahesuṁ.
И затем, бхикку, пробудив чувство безотлагательности в Брахме, свите Брахмы и собрании Брахмы, так же быстро, как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, Благословенный Сикхи, совершенный, полностью просветлённый, и бхикку Абхибху исчезли из того мира брахм и возникли в столице Арунавати.
Atha kho, bhikkhave, sikhī bhagavā arahaṁ sammāsambuddho bhikkhū āmantesi: ‘assuttha no tumhe, bhikkhave, abhibhussa bhikkhuno brahmaloke ṭhitassa gāthāyo bhāsamānassā’ti?
Затем Благословенный Сикхи обратился к бхикку так: Бхикку, слышали ли вы строфы, которые продекламировал бхикку Абхибху, находясь в мире Брахмы?»
‘Assumha kho mayaṁ, bhante, abhibhussa bhikkhuno brahmaloke ṭhitassa gāthāyo bhāsamānassā’ti.
«Слышали, уважаемый».
‘Yathā kathaṁ pana tumhe, bhikkhave, assuttha abhibhussa bhikkhuno brahmaloke ṭhitassa gāthāyo bhāsamānassā’ti?
«И какими же были эти строфы, которые вы услышали, бхикку?»
Evaṁ kho mayaṁ, bhante, assumha abhibhussa bhikkhuno brahmaloke ṭhitassa gāthāyo bhāsamānassa:
«Мы услышали строфы бхикку Абхибхи так:
‘Ārambhatha nikkamatha, yuñjatha buddhasāsane; Dhunātha maccuno senaṁ, naḷāgāraṁva kuñjaro.
«Старайся и усердие своё взрасти! Настрой себя на практику Учения Будды. И Смерти армию затем смети, Как хижину из тростника сметает слон.
Yo imasmiṁ dhammavinaye, appamatto vihassati; Pahāya jātisaṁsāraṁ, dukkhassantaṁ karissatī’ti.
Кто пребывает в прилежании В этом Учении и Дисциплине, Оставив странствие в перерождениях, Положит тот страданию конец».
‘Evaṁ kho mayaṁ, bhante, assumha abhibhussa bhikkhuno brahmaloke ṭhitassa gāthāyo bhāsamānassā’ti.
Таковыми были строфы, которые мы услышали от бхикку Абхибхи, который продекламировал их, находясь в мире Брахмы».
‘Sādhu sādhu, bhikkhave; sādhu kho tumhe, bhikkhave, assuttha abhibhussa bhikkhuno brahmaloke ṭhitassa gāthāyo bhāsamānassā’”ti.
«Хорошо, хорошо, бхикку! Хорошо, что вы услышали эти строфы, которые продекламировал бхикку Абхибха, находясь в мире Брахмы».
Idamavoca bhagavā, attamanā te bhikkhū bhagavato bhāsitaṁ abhinandunti.
Так сказал Благословенный. Довольные, те бхикку восхитились словами Благословенного.