SN 7.1 PTS (1st ed) SN 1.160 1. Араханты
Dhanañjānīsutta
Дхананьджани
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Evaṁ me sutaṁ— ekaṁ samayaṁ bhagavā rājagahe viharati veḷuvane kalandakanivāpe.
Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Беличьем Святилище.
Tena kho pana samayena aññatarassa bhāradvājagottassa brāhmaṇassa dhanañjānī nāma brāhmaṇī abhippasannā hoti buddhe ca dhamme ca saṅghe ca. Atha kho dhanañjānī brāhmaṇī bhāradvājagottassa brāhmaṇassa bhattaṁ upasaṁharantī upakkhalitvā tikkhattuṁ udānaṁ udānesi:
И в то время жена одного брахмана из клана Бхарадваджей, брахманка по имени Дхананьджани, обладала полным доверием к Будде, Дхамме и Сангхе. Однажды, пока брахманка Дхананьджани несла брахману его кушанье, она споткнулась и произнесла три раза это вдохновенное изречение:
“Namo tassa bhagavato arahato sammāsambuddhassa.
«Слава Благословенному, совершенному, полностью просветлённому!
Namo tassa bhagavato arahato sammāsambuddhassa.
Слава Благословенному, совершенному, полностью просветлённому!
Namo tassa bhagavato arahato sammāsambuddhassā”ti.
Слава Благословенному, совершенному, полностью просветлённому!»
Evaṁ vutte, bhāradvājagotto brāhmaṇo dhanañjāniṁ brāhmaṇiṁ etadavoca:
Когда так было сказано, брахман из клана Бхарадваджей обратился к ней:
“evamevaṁ panāyaṁ vasalī yasmiṁ vā tasmiṁ vā tassa muṇḍakassa samaṇassa vaṇṇaṁ bhāsati. Idāni tyāhaṁ, vasali, tassa satthuno vādaṁ āropessāmī”ti.
«Из-за мельчайшей ерунды эта никчёмная женщина рассыпается в благодарностях этому бритому отшельнику! Теперь же, никчёмная женщина, я пойду и опровергну доктрину этого твоего учителя».
“Na khvāhaṁ taṁ, brāhmaṇa, passāmi sadevake loke samārake sabrahmake sassamaṇabrāhmaṇiyā pajāya sadevamanussāya, yo tassa bhagavato vādaṁ āropeyya arahato sammāsambuddhassa. Api ca tvaṁ, brāhmaṇa, gaccha, gantvā vijānissasī”ti.
«Я не вижу никого, брахман, в этом мире, с его дэвами, Марами, Брахмами, в этом поколении, с его жрецами и отшельниками, князьями и простыми людьми, кто мог бы опровергнуть доктрину Благословенного, совершенного, полностью просветлённого. Но отправляйся, брахман. Пойдя к нему сам, ты поймёшь».
Atha kho bhāradvājagotto brāhmaṇo kupito anattamano yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavatā saddhiṁ sammodi. Sammodanīyaṁ kathaṁ sāraṇīyaṁ vītisāretvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinno kho bhāradvājagotto brāhmaṇo bhagavantaṁ gāthāya ajjhabhāsi:
И тогда тот брахман из клана Бхарадваджей, злой и недовольный, отправился к Благословенному и обменялся с ним приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом. и обратился к Благословенному строфой:
“Kiṁsu chetvā sukhaṁ seti, kiṁsu chetvā na socati; Kissassu ekadhammassa, vadhaṁ rocesi gotamā”ti.
«Что же убив, он спит спокойно? Что же убив, не знает он печали? Что же за вещь это, Готама, Убийство каковой ты одобряешь?»
“Kodhaṁ chetvā sukhaṁ seti, kodhaṁ chetvā na socati; Kodhassa visamūlassa, madhuraggassa brāhmaṇa; Vadhaṁ ariyā pasaṁsanti, tañhi chetvā na socatī”ti.
«Злобу убив, он спит спокойно, Злобу убив, не знает он печали, Убийство злобы, о брахман, — Как и её отравленного корня, и сладкого её конца — Это и есть то самое убийство, что Благородный восхваляет. Убей же это — и не будешь ты грустить».
Evaṁ vutte, bhāradvājagotto brāhmaṇo bhagavantaṁ etadavoca: “abhikkantaṁ, bho gotama, abhikkantaṁ, bho gotama. Seyyathāpi, bho gotama, nikkujjitaṁ vā ukkujjeyya, paṭicchannaṁ vā vivareyya, mūḷhassa vā maggaṁ ācikkheyya, andhakāre vā telapajjotaṁ dhāreyya: ‘cakkhumanto rūpāni dakkhantī’ti; evamevaṁ bhotā gotamena anekapariyāyena dhammo pakāsito. Esāhaṁ, bhante, bhagavantaṁ gotamaṁ saraṇaṁ gacchāmi dhammañca bhikkhusaṅghañca. Labheyyāhaṁ bhoto gotamassa santike pabbajjaṁ, labheyyaṁ upasampadan”ti.
Когда так было сказано, брахман из клана Бхарадваджей обратился к Благословенному: «Великолепно, господин Готама! Великолепно, господин Готама! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно так же господин Готама различными способами прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в господине Готаме, прибежище в Дхамме и прибежище в Сангхе бхикку. Могу ли я получить младшее посвящение у господина Готамы, могу ли я получить высшее монашеское посвящение?»
Alattha kho bhāradvājagotto brāhmaṇo bhagavato santike pabbajjaṁ, alattha upasampadaṁ. Acirūpasampanno kho panāyasmā bhāradvājo eko vūpakaṭṭho appamatto ātāpī pahitatto viharanto nacirasseva—yassatthāya kulaputtā sammadeva agārasmā anagāriyaṁ pabbajanti tadanuttaraṁ—brahmacariyapariyosānaṁ diṭṭheva dhamme sayaṁ abhiññā sacchikatvā upasampajja vihāsi.
И тогда брахман из клана Бхарадваджей получил младшее посвящение под учительством Благословенного и получил высшее посвящение. И затем, вскоре после получения высшего посвящения, пребывая в уединении прилежным, старательным, решительным, достопочтенный Бхарадваджа, реализовав это для себя посредством прямого знания, здесь и сейчас вошёл в высочайшую цель святой жизни, ради которой представители клана праведно оставляют жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной, и пребывал в ней.
“Khīṇā jāti, vusitaṁ brahmacariyaṁ, kataṁ karaṇīyaṁ, nāparaṁ itthattāyā”ti abbhaññāsi. Aññataro ca panāyasmā bhāradvājo arahataṁ ahosīti.
Он напрямую познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования». Так достопочтенный Бхарадваджа стал одним из арахантов.