Thag 12.2 Стихи старших бхикку 12.2 · Двенадцать строф · Глава первая
Sunītattheragāthā
Сунита Тхера
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
“Nīce kulamhi jātohaṁ, daliddo appabhojano; Hīnakammaṁ mamaṁ āsi, ahosiṁ pupphachaḍḍako.
Рождён в семье из низшего сословья, Где даже пищи не было в достатке; Вдвойне был жалок мой удел: Я собирал увядшие цветы.
Jigucchito manussānaṁ, paribhūto ca vambhito; Nīcaṁ manaṁ karitvāna, vandissaṁ bahukaṁ janaṁ.
Встречал я зубоскальство, Был презираем всеми, Но кротость я хранил, Своё почтенье выражая людям.
Athaddasāsiṁ sambuddhaṁ, bhikkhusaṅghapurakkhataṁ; Pavisantaṁ mahāvīraṁ, magadhānaṁ puruttamaṁ.
В один из дней я Совершенного увидел, Что с Сангхой своей мимо проходил, — Великого героя, Который посетил Магадхи.
Nikkhipitvāna byābhaṅgiṁ, vandituṁ upasaṅkamiṁ; Mameva anukampāya, aṭṭhāsi purisuttamo.
Корзины старые свои отбросив, Я в ноги кинулся ему. Из состраданья он остановился — Великий человек.
Vanditvā satthuno pāde, ekamantaṁ ṭhito tadā; Pabbajjaṁ ahamāyāciṁ, sabbasattānamuttamaṁ.
С благоговеньем встал с одной я стороны, Почтенье выразив учителю у стоп его, Я попросил у Бхагавана посвященья.
Tato kāruṇiko satthā, sabbalokānukampako; ‘Ehi bhikkhū’ti maṁ āha, sā me āsūpasampadā.
Сказал Участливый ко всему миру: «Иди, о бхиккху!» — И стало это мне постригом.
Sohaṁ eko araññasmiṁ, viharanto atandito; Akāsiṁ satthu vacanaṁ, yathā maṁ ovadī jino.
Я в одиночестве, в чащобе дикой Все наставления старался исполнять С усердием неутомимым.
Rattiyā paṭhamaṁ yāmaṁ, Pubbajātimanussariṁ; Rattiyā majjhimaṁ yāmaṁ, Dibbacakkhuṁ visodhayiṁ; Rattiyā pacchime yāme, Tamokhandhaṁ padālayiṁ.
Я вспомнил прошлые обители свои Однажды в первой части ночи, А во второй обрёл божественное око И всё неведенье разрушил в третьей.
Tato ratyā vivasāne, sūriyassuggamanaṁ pati; Indo brahmā ca āgantvā, maṁ namassiṁsu pañjalī.
Так в завершенье ночи, Когда рассвет уже забрезжил, Ко мне явились Брахма с Индой, Их руки были сложены в анджали.
‘Namo te purisājañña, namo te purisuttama; Yassa te āsavā khīṇā, dakkhiṇeyyosi mārisa’.
Мне выражали так они расположенье. «Почтение тебе, о благородный! Почтение тебе, великий человек! Оковы все твои отброшены теперь, Воистину достойный поклоненья!»
Tato disvāna maṁ satthā, devasaṅghapurakkhataṁ; Sitaṁ pātukaritvāna, imamatthaṁ abhāsatha.
Узрев меня в компании богов, Татхагата с улыбкою промолвил:
‘Tapena brahmacariyena, saṁyamena damena ca; Etena brāhmaṇo hoti, etaṁ brāhmaṇamuttaman’”ti.
«Путём смирения себя, Усердием и самообузданьем, Ведением жизни беспорочной Становится брахманом человек».
… Sunīto thero …
Dvādasakanipāto niṭṭhito.
Tatruddānaṁ
Sīlavā ca sunīto ca, therā dve te mahiddhikā; Dvādasamhi nipātamhi, gāthāyo catuvīsatīti.