AN 8.46 PTS AN 4.261 5. Упосатха
Anuruddhasutta
Ануруддха
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Ekaṁ samayaṁ bhagavā kosambiyaṁ viharati ghositārāme.
Однажды Благословенный проживал в Косамби, в парке Гхоситы.
Tena kho pana samayena āyasmā anuruddho divāvihāraṁ gato hoti paṭisallīno. Atha kho sambahulā manāpakāyikā devatā yenāyasmā anuruddho tenupasaṅkamiṁsu; upasaṅkamitvā āyasmantaṁ anuruddhaṁ abhivādetvā ekamantaṁ aṭṭhaṁsu. Ekamantaṁ ṭhitā kho tā devatā āyasmantaṁ anuruddhaṁ etadavocuṁ:
И в то время достопочтенный Ануруддха ушёл, чтобы провести остаток дня в затворничестве. И тогда группа телесно-привлекательных дэв подошла к нему, они поклонились ему, встали рядом и сказали:
“mayaṁ, bhante anuruddha, manāpakāyikā nāma devatā tīsu ṭhānesu issariyaṁ kārema vasaṁ vattema. Mayaṁ, bhante anuruddha, yādisakaṁ vaṇṇaṁ ākaṅkhāma tādisakaṁ vaṇṇaṁ ṭhānaso paṭilabhāma; yādisakaṁ saraṁ ākaṅkhāma tādisakaṁ saraṁ ṭhānaso paṭilabhāma; yādisakaṁ sukhaṁ ākaṅkhāma tādisakaṁ sukhaṁ ṭhānaso paṭilabhāma. Mayaṁ, bhante anuruddha, manāpakāyikā nāma devatā imesu tīsu ṭhānesu issariyaṁ kārema vasaṁ vattemā”ti.
«Господин Ануруддха, мы, телесно-привлекательные дэвы, осуществляем управление и имеем власть над тремя вещами. Мы мгновенно обретаем любой цвет, который только пожелаем. Мы мгновенно обретаем любой голос, который только пожелаем. Мы мгновенно обретаем любое чувственное удовольствие, которое только пожелаем. Мы, телесно-привлекательные дэвы, осуществляем управление и имеем власть над этими тремя вещами».
Atha kho āyasmato anuruddhassa etadahosi: “aho vatimā devatā sabbāva nīlā assu nīlavaṇṇā nīlavatthā nīlālaṅkārā”ti. Atha kho tā devatā āyasmato anuruddhassa cittamaññāya sabbāva nīlā ahesuṁ nīlavaṇṇā nīlavatthā nīlālaṅkārā.
Тогда достопочтенный Ануруддха подумал: Пусть все эти дэвы станут голубыми, голубыми в своём облике, с голубой одеждой и голубыми украшениями». Познав мысль Достопочтенного Ануруддхи, все те дэвы стали голубыми, голубыми в своём облике, с голубой одеждой и голубыми украшениями.
Atha kho āyasmato anuruddhassa etadahosi: “aho vatimā devatā sabbāva pītā assu …pe…
Тогда достопочтенный Ануруддха подумал: «Пусть все эти дэвы станут жёлтыми…
sabbāva lohitakā assu …
красными…
sabbāva odātā assu odātavaṇṇā odātavatthā odātālaṅkārā”ti. Atha kho tā devatā āyasmato anuruddhassa cittamaññāya sabbāva odātā ahesuṁ odātavaṇṇā odātavatthā odātālaṅkārā.
белыми, белыми в своём облике, с белой одеждой и белыми украшениями». Познав мысль Достопочтенного Ануруддхи, все те дэвы стали белыми, белыми в своём облике, с белой одеждой и белыми украшениями.
Atha kho tā devatā ekā ca gāyi ekā ca nacci ekā ca accharaṁ vādesi. Seyyathāpi nāma pañcaṅgikassa tūriyassa suvinītassa suppaṭipatāḷitassa kusalehi susamannāhatassa saddo hoti vaggu ca rajanīyo ca kamanīyo ca pemanīyo ca madanīyo ca; evamevaṁ tāsaṁ devatānaṁ alaṅkārānaṁ saddo hoti vaggu ca rajanīyo ca kamanīyo ca pemanīyo ca madanīyo ca. Atha kho āyasmā anuruddho indriyāni okkhipi.
И затем одно из дэв запело, другое затанцевало, а третье прищёлкнуло своими пальцами. Подобно тому, как когда квинтет умелых музыкантов хорошо натренирован и скоординирован по ритму, то его музыка милая, приятная, чарующая, привлекательная, воспаляющая желание, соблазнительная – очно так же, выступление тех дэв было милым, приятным, чарующим, привлекательным, воспаляющим желание, соблазнительным. И поэтому Достопочтенный Ануруддха отвёл от них свои органы чувств.
Atha kho tā devatā “na khvayyo anuruddho sādiyatī”ti tatthevantaradhāyiṁsu. Atha kho āyasmā anuruddho sāyanhasamayaṁ paṭisallānā vuṭṭhito yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā bhagavantaṁ abhivādetvā ekamantaṁ nisīdi. Ekamantaṁ nisinno kho āyasmā anuruddho bhagavantaṁ etadavoca:
И тогда те дэвы, подумав: «Мастеру Ануруддхе не нравится», исчезли прямо на том самом месте. И тогда, вечером, достопочтенный Ануруддха вышел из затворничества и подошёл к Благословенному. Он поклонился Благословенному, сел рядом, и сказал ему:
“Idhāhaṁ, bhante, divāvihāraṁ gato homi paṭisallīno. Atha kho, bhante, sambahulā manāpakāyikā devatā yenāhaṁ tenupasaṅkamiṁsu; upasaṅkamitvā maṁ abhivādetvā ekamantaṁ aṭṭhaṁsu. Ekamantaṁ ṭhitā kho, bhante, tā devatā maṁ etadavocuṁ: ‘mayaṁ, bhante anuruddha, manāpakāyikā nāma devatā tīsu ṭhānesu issariyaṁ kārema vasaṁ vattema. Mayaṁ, bhante anuruddha, yādisakaṁ vaṇṇaṁ ākaṅkhāma tādisakaṁ vaṇṇaṁ ṭhānaso paṭilabhāma; yādisakaṁ saraṁ ākaṅkhāma tādisakaṁ saraṁ ṭhānaso paṭilabhāma; yādisakaṁ sukhaṁ ākaṅkhāma tādisakaṁ sukhaṁ ṭhānaso paṭilabhāma. Mayaṁ, bhante anuruddha, manāpakāyikā nāma devatā imesu tīsu ṭhānesu issariyaṁ kārema vasaṁ vattemā’ti. Tassa mayhaṁ, bhante, etadahosi: ‘aho vatimā devatā sabbāva nīlā assu nīlavaṇṇā nīlavatthā nīlālaṅkārā’ti. Atha kho, bhante, tā devatā mama cittamaññāya sabbāva nīlā ahesuṁ nīlavaṇṇā nīlavatthā nīlālaṅkārā.
«Уважаемый, я ушёл, чтобы провести остаток дня в затворничестве…
Tassa mayhaṁ, bhante, etadahosi: ‘aho vatimā devatā sabbāva pītā assu …pe… sabbāva lohitakā assu …pe… sabbāva odātā assu odātavaṇṇā odātavatthā odātālaṅkārā’ti. Atha kho, bhante, tā devatā mama cittamaññāya sabbāva odātā ahesuṁ odātavaṇṇā odātavatthā odātālaṅkārā.
Atha kho, bhante, tā devatā ekā ca gāyi ekā ca nacci ekā ca accharaṁ vādesi. Seyyathāpi nāma pañcaṅgikassa tūriyassa suvinītassa suppaṭipatāḷitassa kusalehi susamannāhatassa saddo hoti vaggu ca rajanīyo ca kamanīyo ca pemanīyo ca madanīyo ca; evamevaṁ tāsaṁ devatānaṁ alaṅkārānaṁ saddo hoti vaggu ca rajanīyo ca kamanīyo ca pemanīyo ca madanīyo ca. Atha khvāhaṁ, bhante, indriyāni okkhipi.
Atha kho, bhante, tā devatā ‘na khvayyo anuruddho sādiyatī’ti tatthevantaradhāyiṁsu. Katihi nu kho, bhante, dhammehi samannāgato mātugāmo kāyassa bhedā paraṁ maraṇā manāpakāyikānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjatī”ti?
… И тогда те дэвы, подумав: «Мастеру Ануруддхе не нравится», исчезли прямо на том самом месте. Учитель, сколькими качествами должна обладать женщина, чтобы с распадом тела, после смерти, переродиться среди телесно-привлекательных дэв?»
“Aṭṭhahi kho, anuruddha, dhammehi samannāgato mātugāmo kāyassa bhedā paraṁ maraṇā manāpakāyikānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjati. Katamehi aṭṭhahi?
«Ануруддха, если она наделена восемью качествами, женщина, с распадом тела, после смерти, перерождается среди телесно-привлекательных дэв. Какими восемью?
Idha, anuruddha, mātugāmo yassa mātāpitaro bhattuno denti atthakāmā hitesino anukampakā anukampaṁ upādāya tassa hoti pubbuṭṭhāyinī pacchānipātinī kiṅkārapaṭissāvinī manāpacārinī piyavādinī.
Вот, Ануруддха, какому мужу её бы ни отдали её родители – делая так из желания ей блага, в поисках её благополучия, проявляя сострадание к ней, исходя из сострадания к ней – женщина почтительно встаёт перед ним и уходит только после того, как он ушёл, беря на себя все дела по дому, которые должны быть сделаны, будучи приятной своим поведением и милой своей речью.
Ye te bhattu garuno honti— mātāti vā pitāti vā samaṇabrāhmaṇāti vā— te sakkaroti, garuṁ karoti, māneti, pūjeti, abbhāgate ca āsanodakena paṭipūjeti.
Она чтит, ценит, уважает, и почитает тех, кого уважает её муж – его отца и мать, отшельников и жрецов – а когда они приходят в дом, она предлагает им сиденье и воду.
Ye te bhattu abbhantarā kammantā—uṇṇāti vā kappāsāti vā—tattha dakkhā hoti analasā tatrupāyāya vīmaṁsāya samannāgatā alaṁ kātuṁ alaṁ saṁvidhātuṁ.
Она умелая и прилежная в исполнении хозяйственных работ по дому мужа, будь то вязание или шитьё. Она судит об этих работах уже только после их выполнения, чтобы довести их до конца и выполнить их подобающим образом.
Yo so bhattu abbhantaro antojano—dāsāti vā pessāti vā kammakarāti vā— tesaṁ katañca katato jānāti akatañca akatato jānāti, gilānakānañca balābalaṁ jānāti khādanīyaṁ bhojanīyañcassa paccaṁsena saṁvibhajati.
Она выясняет, что сделали, а чего не сделали помощники по дому её мужа – рабы, посыльные, рабочие. Она справляется о здоровье тех, кто болен. Она распределяет для каждого должную порцию еды.
Yaṁ bhattu āharati dhanaṁ vā dhaññaṁ vā jātarūpaṁ vā taṁ ārakkhena guttiyā sampādeti, tattha ca hoti adhuttī athenī asoṇḍī avināsikā.
Она сохраняет и оберегает любой доход, который муж приносит домой – деньги, зерно, серебро или золото. Она не расточительница, не воровка, не транжирка, не мотовка в отношении его накоплений.
Upāsikā kho pana hoti buddhaṁ saraṇaṁ gatā dhammaṁ saraṇaṁ gatā saṅghaṁ saraṇaṁ gatā.
Она мирянка, принявшая прибежище в Будде, Дхамме, Сангхе.
Sīlavatī kho pana hoti— pāṇātipātā paṭiviratā, adinnādānā paṭiviratā, kāmesumicchācārā paṭiviratā, musāvādā paṭiviratā, surāmerayamajjapamādaṭṭhānā paṭiviratā.
Она нравственна, воздерживается от убийства живых существ, от взятия того, что не дано, от неблагого сексуального поведения, от лжи, от спиртных напитков, вина и одурманивающих веществ, что являются основной для беспечности.
Cāgavatī kho pana hoti. Vigatamalamaccherena cetasā agāraṁ ajjhāvasati muttacāgā payatapāṇinī vossaggaratā yācayogā dānasaṁvibhāgaratā.
Она щедрая. Она пребывает дома с умом, лишённым пятна скупости, щедрым, открытым; радуется оставлению, предана благотворительности, радуется дарению и разделению.
Imehi kho, anuruddha, aṭṭhahi dhammehi samannāgato mātugāmo kāyassa bhedā paraṁ maraṇā manāpakāyikānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjatīti.
Обладая этими восемью качествами, женщина, с распадом тела, после смерти, перерождается среди телесно-привлекательных дэв».
Yo naṁ bharati sabbadā, niccaṁ ātāpi ussuko; Taṁ sabbakāmadaṁ posaṁ, bhattāraṁ nātimaññati.
«Мужа она не презирает, Того, поддерживает кто её, Ведь он охотно и старательно Всегда приносит то, что ей желанно.
Na cāpi sotthi bhattāraṁ, issāvādena rosaye; Bhattu ca garuno sabbe, paṭipūjeti paṇḍitā.
Как мужа и бранить такая женщина не будет Речами, в ревности которые берут своё начало. Мудрая женщина почтение выражает Всем тем, кто почитаем её собственным супругом.
Uṭṭhāhikā analasā, saṅgahitaparijjanā; Bhattu manāpaṁ carati, sambhataṁ anurakkhati.
Встаёт с кровати рано и работает прилежно, И управляет она разными работами по дому. Приятная в манерах, обходительная с мужем, Она хранит богатство, что супруг смог заработать.
Yā evaṁ vattati nārī, bhattu chandavasānugā; Manāpā nāma te devā, yattha sā upapajjatī”ti.
Та женщина, что долг исполнит так, Что мужа волю и желания исполняет, Переродится среди тех дэв, Что именуются «приятные телами».
Chaṭṭhaṁ.