MN 115 PTS MN 3.61
Bahudhātukasutta
Многие виды элементов
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
Evaṁ me sutaṁ— ekaṁ samayaṁ bhagavā sāvatthiyaṁ viharati jetavane anāthapiṇḍikassa ārāme. Tatra kho bhagavā bhikkhū āmantesi: “bhikkhavo”ti.
Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. Там он обратился к бхикку так: «Бхикку!»
“Bhadante”ti te bhikkhū bhagavato paccassosuṁ. Bhagavā etadavoca:
«Да, уважаемый», – отвечали бхикку. Благословенный сказал следующее:
“Yāni kānici, bhikkhave, bhayāni uppajjanti sabbāni tāni bālato uppajjanti, no paṇḍitato; ye keci upaddavā uppajjanti sabbe te bālato uppajjanti, no paṇḍitato; ye keci upasaggā uppajjanti sabbe te bālato uppajjanti, no paṇḍitato. Seyyathāpi, bhikkhave, naḷāgārā vā tiṇāgārā vā aggi mutto kūṭāgārānipi dahati ullittāvalittāni nivātāni phusitaggaḷāni pihitavātapānāni; evameva kho, bhikkhave, yāni kānici bhayāni uppajjanti sabbāni tāni bālato uppajjanti, no paṇḍitato; ye keci upaddavā uppajjanti sabbe te bālato uppajjanti, no paṇḍitato; ye keci upasaggā uppajjanti sabbe te bālato uppajjanti, no paṇḍitato. Iti kho, bhikkhave, sappaṭibhayo bālo, appaṭibhayo paṇḍito; saupaddavo bālo, anupaddavo paṇḍito; saupasaggo bālo, anupasaggo paṇḍito. Natthi, bhikkhave, paṇḍitato bhayaṁ, natthi paṇḍitato upaddavo, natthi paṇḍitato upasaggo. Tasmātiha, bhikkhave, ‘paṇḍitā bhavissāma vīmaṁsakā’ti— evañhi vo, bhikkhave, sikkhitabban”ti.
«Бхикку, какие бы страхи ни возникали, все они возникают из-за глупца, а не из-за мудрого человека. Какие бы опасности ни возникали, все они возникают из-за глупца, а не из-за мудрого человека. Какие бы беды ни возникали, все они возникают из-за глупца, а не из-за мудрого человека. Подобно огню, начавшемуся под сделанным из тростника или травы навесом, который сжигает дотла даже дома с остроконечными крышами, со стенами, покрытыми штукатуркой изнутри и снаружи, защищённые от ветра, охраняемые дверными засовами и ставнями на окнах – то точно также, бхикку, какие бы страхи ни возникали, все они возникают из-за глупца, а не из-за мудрого человека. Какие бы опасности ни возникали, все они возникают из-за глупца, а не из-за мудрого человека. Какие бы беды ни возникали, все они возникают из-за глупца, а не из-за мудрого человека. Так глупец приносит страх, мудрый человек не приносит страха. Так глупец приносит опасность, мудрый человек не приносит опасности. Так глупец приносит беду, мудрый человек не приносит беды. Не приходит страха, опасности или беды от мудрого человека. Поэтому, бхикку, вот как вы должны тренироваться: «Мы будем мудрыми людьми, мы будем вопрошающими».
Evaṁ vutte, āyasmā ānando bhagavantaṁ etadavoca: “kittāvatā nu kho, bhante, paṇḍito bhikkhu ‘vīmaṁsako’ti alaṁvacanāyā”ti?
Когда так было сказано, достопочтенный Ананда сказал Благословенному: «Каким образом, уважаемый, бхикку может быть назван мудрым человеком и вопрошающим?»
“Yato kho, ānanda, bhikkhu dhātukusalo ca hoti, āyatanakusalo ca hoti, paṭiccasamuppādakusalo ca hoti, ṭhānāṭhānakusalo ca hoti— ettāvatā kho, ānanda, paṇḍito bhikkhu ‘vīmaṁsako’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Когда, Ананда, бхикку умелый в элементах, умелый в сферах, умелый в зависимом возникновении, умелый в возможном и невозможном, то тогда он может быть назван мудрым человеком и вопрошающим».
“Kittāvatā pana, bhante, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, каким образом бхикку может быть назван умелым в элементах?»
“Aṭṭhārasa kho imā, ānanda, dhātuyo— cakkhudhātu, rūpadhātu, cakkhuviññāṇadhātu; sotadhātu, saddadhātu, sotaviññāṇadhātu; ghānadhātu, gandhadhātu, ghānaviññāṇadhātu; jivhādhātu, rasadhātu, jivhāviññāṇadhātu; kāyadhātu, phoṭṭhabbadhātu, kāyaviññāṇadhātu; manodhātu, dhammadhātu, manoviññāṇadhātu. Imā kho, ānanda, aṭṭhārasa dhātuyo yato jānāti passati— ettāvatāpi kho, ānanda, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Ананда, есть эти восемнадцать элементов: элемент глаза, элемент формы, элемент сознания глаза; элемент уха, элемент звука, элемент сознания уха; элемент носа, элемент запаха, элемент сознания носа; элемент языка, элемент вкуса, элемент сознания языка; элемент тела, элемент осязаемой вещи, элемент сознания тела; элемент ума, элемент умственного феномена, элемент сознания ума. Когда он знает и видит эти восемнадцать элементов, бхикку может быть назван умелым в элементах».
“Siyā pana, bhante, aññopi pariyāyo, yathā ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, может ли быть другой способ [объяснения], когда бхикку можно назвать умелым в элементах?»
“Siyā, ānanda. Chayimā, ānanda, dhātuyo— pathavīdhātu, āpodhātu, tejodhātu, vāyodhātu, ākāsadhātu, viññāṇadhātu. Imā kho, ānanda, cha dhātuyo yato jānāti passati— ettāvatāpi kho, ānanda, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Может, Ананда. Есть, Ананда, эти шесть элементов: элемент земли, элемент воды, элемент огня, элемент воздуха, элемент пространства, элемент сознания. Когда он знает и видит эти шесть элементов, бхикку может быть назван умелым в элементах».
“Siyā pana, bhante, aññopi pariyāyo, yathā ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, может ли быть другой способ [объяснения], когда бхикку можно назвать умелым в элементах?»
“Siyā, ānanda. Chayimā, ānanda, dhātuyo— sukhadhātu, dukkhadhātu, somanassadhātu, domanassadhātu, upekkhādhātu, avijjādhātu. Imā kho, ānanda, cha dhātuyo yato jānāti passati— ettāvatāpi kho, ānanda, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Может, Ананда. Есть, Ананда, эти шесть элементов: элемент удовольствия, элемент боли, элемент радости, элемент грусти, элемент невозмутимости, элемент неведения. Когда он знает и видит эти шесть элементов, бхикку может быть назван умелым в элементах».
“Siyā pana, bhante, aññopi pariyāyo, yathā ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, может ли быть другой способ [объяснения], когда бхикку можно назвать умелым в элементах?»
“Siyā, ānanda. Chayimā, ānanda, dhātuyo— kāmadhātu, nekkhammadhātu, byāpādadhātu, abyāpādadhātu, vihiṁsādhātu, avihiṁsādhātu. Imā kho, ānanda, cha dhātuyo yato jānāti passati— ettāvatāpi kho, ānanda, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Может, Ананда. Есть, Ананда, эти шесть элементов: элемент чувственного желания, элемент отречения, элемент недоброжелательности, элемент не-недоброжелательности, элемент жестокости, элемент не-жестокости. Когда он знает и видит эти шесть элементов, бхикку может быть назван умелым в элементах».
“Siyā pana, bhante, aññopi pariyāyo, yathā ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, может ли быть другой способ [объяснения], когда бхикку можно назвать умелым в элементах?»
“Siyā, ānanda. Tisso imā, ānanda, dhātuyo— kāmadhātu, rūpadhātu, arūpadhātu. Imā kho, ānanda, tisso dhātuyo yato jānāti passati— ettāvatāpi kho, ānanda, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Может, Ананда. Есть, Ананда, эти три элемента: элемент сферы чувств, элемент тонкоматериального, элемент нематериального. Когда он знает и видит эти три элемента, бхикку может быть назван умелым в элементах».
“Siyā pana, bhante, aññopi pariyāyo, yathā ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, может ли быть другой способ [объяснения], когда бхикку можно назвать умелым в элементах?»
“Siyā, ānanda. Dve imā, ānanda, dhātuyo— saṅkhatādhātu, asaṅkhatādhātu. Imā kho, ānanda, dve dhātuyo yato jānāti passati— ettāvatāpi kho, ānanda, ‘dhātukusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Может, Ананда. Есть, Ананда, эти два элемента: обусловленный элемент, необусловленный элемент. Когда он знает и видит эти два элемента, бхикку может быть назван умелым в элементах».
“Kittāvatā pana, bhante, ‘āyatanakusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, каким образом бхикку может быть назван умелым в сферах?»
“Cha kho panimāni, ānanda, ajjhattikabāhirāni āyatanāni— cakkhu ceva rūpā ca sotañca saddā ca ghānañca gandhā ca jivhā ca rasā ca kāyo ca phoṭṭhabbā ca mano ca dhammā ca. Imāni kho, ānanda, cha ajjhattikabāhirāni āyatanāni yato jānāti passati— ettāvatā kho, ānanda, ‘āyatanakusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Ананда, есть эти шесть внутренних и внешних сфер: глаз и формы, ухо и звуки, нос и запахи, язык и вкусы, тело и осязаемые вещи, ум и умственные феномены. Когда он знает и видит эти шесть сфер, бхикку может быть назван умелым в сферах».
“Kittāvatā pana, bhante, ‘paṭiccasamuppādakusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, каким образом бхикку может быть назван умелым в зависимом возникновении?»
“Idhānanda, bhikkhu evaṁ pajānāti: ‘imasmiṁ sati idaṁ hoti, imassuppādā idaṁ uppajjati, imasmiṁ asati idaṁ na hoti, imassa nirodhā idaṁ nirujjhati, yadidaṁ— avijjāpaccayā saṅkhārā, saṅkhārapaccayā viññāṇaṁ, viññāṇapaccayā nāmarūpaṁ, nāmarūpapaccayā saḷāyatanaṁ, saḷāyatanapaccayā phasso, phassapaccayā vedanā, vedanāpaccayā taṇhā, taṇhāpaccayā upādānaṁ, upādānapaccayā bhavo, bhavapaccayā jāti, jātipaccayā jarāmaraṇaṁ sokaparidevadukkhadomanassūpāyāsā sambhavanti. Evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa samudayo hoti. Avijjāya tveva asesavirāganirodhā saṅkhāranirodho, saṅkhāranirodhā viññāṇanirodho, viññāṇanirodhā nāmarūpanirodho, nāmarūpanirodhā saḷāyatananirodho, saḷāyatananirodhā phassanirodho, phassanirodhā vedanānirodho, vedanānirodhā taṇhānirodho, taṇhānirodhā upādānanirodho, upādānanirodhā bhavanirodho, bhavanirodhā jātinirodho, jātinirodhā jarāmaraṇaṁ sokaparidevadukkhadomanassūpāyāsā nirujjhanti. Evametassa kevalassa dukkhakkhandhassa nirodho hoti’. Ettāvatā kho, ānanda, ‘paṭiccasamuppādakusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
«Ананда, бхикку знает так: «Когда есть это, то возникает то. С возникновением этого, возникает и то. Когда этого нет, то не возникает и того. С прекращением этого прекращается и то. То есть: С неведением как условием - формирователи [возникают]. С формирователями как условием - сознание [возникает]. С сознанием как условием - имя-и-форма [возникает]. С именем-и-формой как условием - шесть сфер [возникают]. С шестью сферами как условием - контакт [возникает]. С контактом как условием - чувство [возникает]. С чувством как условием - жажда [возникает]. С жаждой как с условием - цепляние [возникает]. С цеплянием как с условием - существование [возникает]. С существованием как с условием - рождение [возникает]. С рождением как с условием - старение и смерть, печаль, стенание, боль, грусть и отчаяние возникают. Таково происхождение всей этой груды страдания. Но с безостаточным угасанием и прекращением неведения происходит прекращение формирователей. С прекращением формирователей [происходит] прекращение сознания. С прекращением сознания [происходит] прекращение имени-и-формы. С прекращением имени-и-формы [происходит] прекращение шести сфер. С прекращением шести сфер [происходит] прекращение контакта. С прекращением контакта [происходит] прекращение чувства. С прекращением чувства [происходит] прекращение жажды. С прекращением жажды [происходит] прекращение цепляния. С прекращением цепляния [происходит] прекращение существования. С прекращением существования [происходит] прекращение рождения. С прекращением рождения старение и смерть, печаль, стенание, боль, грусть и отчаяние прекращаются. Таково прекращение всей этой груды страдания». Вот каким образом, Ананда, бхикку может быть назван умелым в зависимом возникновении».
“Kittāvatā pana, bhante, ‘ṭhānāṭhānakusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti?
«Но, уважаемый, каким образом бхикку может быть назван умелым в возможном и невозможном?»
“Idhānanda, bhikkhu ‘aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo kañci saṅkhāraṁ niccato upagaccheyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano kañci saṅkhāraṁ niccato upagaccheyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo kañci saṅkhāraṁ sukhato upagaccheyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano kañci saṅkhāraṁ sukhato upagaccheyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo kañci dhammaṁ attato upagaccheyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti, ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano kañci dhammaṁ attato upagaccheyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti.
«Вот, Ананда, бхикку понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы считать какую-либо формацию постоянной – нет такой возможности». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек будет считать какую-либо формацию постоянной – есть такая возможность». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы считать какую-либо формацию приятной». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек будет считать какую-либо формацию приятной». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы считать какую-либо вещь [своим] «я». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек будет считать какую-либо вещь [своим] «я».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo mātaraṁ jīvitā voropeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano mātaraṁ jīvitā voropeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo pitaraṁ jīvitā voropeyya …pe… arahantaṁ jīvitā voropeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo duṭṭhacitto tathāgatassa lohitaṁ uppādeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano duṭṭhacitto tathāgatassa lohitaṁ uppādeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo saṅghaṁ bhindeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano saṅghaṁ bhindeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ diṭṭhisampanno puggalo aññaṁ satthāraṁ uddiseyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puthujjano aññaṁ satthāraṁ uddiseyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы лишить жизни свою мать». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек мог бы лишить жизни свою мать». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы лишить жизни своего отца... араханта». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек мог бы лишить жизни своего отца... араханта». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы с умом, полным ненависти, пролить кровь Татхагаты». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек мог бы с умом, полным ненависти, пролить кровь Татхагаты». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы создать раскол в Сангхе». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек мог бы создать раскол в Сангхе». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, обладающий правильными воззрениями, мог бы признать другого учителя». И он понимает: «Может быть так, что заурядный человек мог бы признать другого учителя».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ ekissā lokadhātuyā dve arahanto sammāsambuddhā apubbaṁ acarimaṁ uppajjeyyuṁ, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ ekissā lokadhātuyā eko arahaṁ sammāsambuddho uppajjeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ ekissā lokadhātuyā dve rājāno cakkavattino apubbaṁ acarimaṁ uppajjeyyuṁ, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ ekissā lokadhātuyā eko rājā cakkavattī uppajjeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы два совершенных, полностью просветлённых, могли бы возникнуть в одно время в одной мировой системе». И он понимает: «Может быть так, что один совершенный, полностью Просветлённый мог бы возникнуть в одной мировой системе». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы два царя-миродержца могли бы возникнуть в одно время в одной мировой системе». И он понимает: «Может быть так, что один царь-миродержец мог бы возникнуть в одной мировой системе».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ itthī arahaṁ assa sammāsambuddho, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puriso arahaṁ assa sammāsambuddho, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ itthī rājā assa cakkavattī, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puriso rājā assa cakkavattī, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ itthī sakkattaṁ kareyya … mārattaṁ kareyya … brahmattaṁ kareyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ puriso sakkattaṁ kareyya … mārattaṁ kareyya … brahmattaṁ kareyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы женщина была совершенным, полностью просветлённым». И он понимает: «Может быть так, что мужчина был бы совершенным, полностью просветлённым». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы женщина была бы царём-миродержцем». И он понимает: «Может быть так, что мужчина был бы царём-миродержцем». Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы женщина занимала бы положение [царя богов] Сакки… занимала бы положение Мары… занимала бы положение Брахмы». И он понимает: «Может быть так, что мужчина занимал бы положение [царя богов] Сакки… Мары… Брахмы».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ kāyaduccaritassa iṭṭho kanto manāpo vipāko nibbatteyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ kāyaduccaritassa aniṭṭho akanto amanāpo vipāko nibbatteyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ vacīduccaritassa …pe… yaṁ manoduccaritassa iṭṭho kanto manāpo vipāko nibbatteyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ vacīduccaritassa …pe… yaṁ manoduccaritassa aniṭṭho akanto amanāpo vipāko nibbatteyya, ṭhānametaṁ vijjatīti pajānāti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы желаемый, желанный, приятный результат был бы порождён из неблагого телесного поведения… неблагого словесного поведения… неблагого умственного поведения». И он понимает: «Может быть так, что нежелаемый, нежеланный, неприятный результат был бы порождён из неблагого телесного… словесного… умственного поведения».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ kāyasucaritassa aniṭṭho akanto amanāpo vipāko nibbatteyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ kāyasucaritassa iṭṭho kanto manāpo vipāko nibbatteyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ vacīsucaritassa …pe… yaṁ manosucaritassa aniṭṭho akanto amanāpo vipāko nibbatteyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ vacīsucaritassa …pe… yaṁ manosucaritassa iṭṭho kanto manāpo vipāko nibbatteyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы нежелаемый, нежеланный, неприятный результат был бы порождён из благого телесного поведения… благого словесного поведения… благого умственного поведения». И он понимает: «Может быть так, что желаемый, желанный, приятный результат был бы порождён из благого телесного… словесного… умственного поведения».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ kāyaduccaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā sugatiṁ saggaṁ lokaṁ upapajjeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ kāyaduccaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā apāyaṁ duggatiṁ vinipātaṁ nirayaṁ upapajjeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, совершающий неблагое телесное… словесное… умственное поведение, из-за этого, по этой причине, с распадом тела, после смерти, переродился бы в счастливом уделе, даже в небесном мире». И он понимает: «Может быть так, что человек, совершающий неблагое телесное… словесное… умственное поведение, из-за этого, по этой причине, с распадом тела, после смерти, переродился бы в несчастливом уделе, в погибели, даже в аду».
‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ vacīduccaritasamaṅgī …pe… yaṁ manoduccaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā sugatiṁ saggaṁ lokaṁ upapajjeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ vacīduccaritasamaṅgī …pe… yaṁ manoduccaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā apāyaṁ duggatiṁ vinipātaṁ nirayaṁ upapajjeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ kāyasucaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā apāyaṁ duggatiṁ vinipātaṁ nirayaṁ upapajjeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ kāyasucaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā sugatiṁ saggaṁ lokaṁ upapajjeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. ‘Aṭṭhānametaṁ anavakāso yaṁ vacīsucaritasamaṅgī …pe… yaṁ manosucaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā apāyaṁ duggatiṁ vinipātaṁ nirayaṁ upapajjeyya, netaṁ ṭhānaṁ vijjatī’ti pajānāti; ‘ṭhānañca kho etaṁ vijjati yaṁ vacīsucaritasamaṅgī …pe… yaṁ manosucaritasamaṅgī taṁnidānā tappaccayā kāyassa bhedā paraṁ maraṇā sugatiṁ saggaṁ lokaṁ upapajjeyya, ṭhānametaṁ vijjatī’ti pajānāti. Ettāvatā kho, ānanda, ‘ṭhānāṭhānakusalo bhikkhū’ti alaṁvacanāyā”ti.
Он понимает: «Невозможно, не может произойти так, чтобы человек, совершающий благое телесное… словесное… умственное поведение, из-за этого, по этой причине, с распадом тела, после смерти, переродился бы в несчастливом уделе, в погибели, даже в аду». И он понимает: «Может быть так, что человек, совершающий благое телесное… словесное… умственное поведение, из-за этого, по этой причине, с распадом тела, после смерти, переродился бы в счастливом уделе, даже в небесном мире». Вот каким образом, Ананда, бхикку может быть назван умелым в возможном и невозможном».
Evaṁ vutte, āyasmā ānando bhagavantaṁ etadavoca: “acchariyaṁ, bhante, abbhutaṁ, bhante. Konāmo ayaṁ, bhante, dhammapariyāyo”ti?
Когда так было сказано, достопочтенный Ананда сказал Благословенному: «Удивительно, уважаемый! Поразительно! Каково название этого наставления по Дхамме?»
“Tasmātiha tvaṁ, ānanda, imaṁ dhammapariyāyaṁ ‘bahudhātuko’tipi naṁ dhārehi, ‘catuparivaṭṭo’tipi naṁ dhārehi, ‘dhammādāso’tipi naṁ dhārehi, ‘amatadundubhī’tipi naṁ dhārehi, ‘anuttaro saṅgāmavijayo’tipi naṁ dhārehī”ti.
«Ты можешь запомнить это наставление по Дхамме, Ананда, как «Многие Виды Элементов» или как «Четыре Цикла» или как «Зеркало Дхаммы» или как «Барабан Бессмертного» или как «Непревзойдённая Победа в Битве».
Idamavoca bhagavā. Attamano āyasmā ānando bhagavato bhāsitaṁ abhinandīti.
Так сказал Благословенный. Достопочтенный Ананда был доволен и восхитился словами Благословенного.
Bahudhātukasuttaṁ niṭṭhitaṁ pañcamaṁ.