Bhaddālisutta

Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. Там он обратился к бхикку так: «Бхикку!»

«Да, уважаемый», – отвечали бхикку. Благословенный сказал следующее:

«Бхикку, я ем один раз [в день] Делая так, я свободен от недугов и болезненности, наслаждаюсь лёгкостью, силой, комфортным пребыванием. Ну же, бхикку, ешьте один раз. Делая так, ты также будете свободны от недугов и болезненности, будете наслаждаться лёгкостью, силой, комфортным пребыванием».

Когда так было сказано, достопочтенный Бхаддали сказал Благословенному: «Уважаемый, я не хочу есть [только] один раз. Если бы я делал так, то я мог бы иметь обеспокоенность и взволнованность в отношении этого».

«Тогда, Бхаддали, cъешь часть там, куда тебя пригласили, и часть [еды] забери с собой, чтобы поесть [после, но до полудня]. Питаясь таким образом, ты будешь поддерживать себя».

«Уважаемый, я не хочу питаться таким способом также. Ведь если бы я делал так, то я мог бы иметь обеспокоенность и взволнованность в отношении этого». И затем, когда это правило тренировки было установлено Благословенным, когда община бхикку предпринимала тренировку, достопочтенный Бхаддали заявил о своём отказе [исполнять это правило]. И тогда достопочтенный Бхаддали не появлялся перед Благословенным в течение всего того трёхмесячного периода [сезона дождей], как и бывает с тем, кто не исполняет тренировку в Учении Учителя.

И в то время группа бхикку занималась изготовлением одеяния для Благословенного, думая: «Когда это одеяние будет готово, по окончании трёх месяцев [сезона дождей] Благословенный отправится в странствие».

И тогда достопочтенный Бхаддали отправился к тем бхикку и обменялся с ними приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом. Когда он сделал так, они сказали ему: «Друг Бхаддали, это одеяние изготавливается для Благословенного. Когда это одеяние будет готово, по окончании трёх месяцев [сезона дождей] Благословенный отправится в странствие. Будь добр, друг Бхаддали, удели должное внимание этому совету. Не позволяй этому стать трудностью для тебя потом».

«Да, друзья» – ответил он И отправился к Благословенному, после чего он поклонился ему, сел рядом и сказал: «Уважаемый, проступок одолел меня – столь глупым, столь запутанным, столь неумелым я был, что когда правило тренировки было установлено Благословенным, когда община бхикку предпринимала тренировку, я объявил об отказе [исполнять это правило]. Уважаемый, пусть Благословенный простит меня за мой проступок, который я [теперь] увидел таковым, чтобы в будущем [я себя] сдерживал [в этом]».

«Вне сомнений, Бхаддали, проступок одолел тебя – столь глупым, столь запутанным, столь неумелым ты был, что когда правило тренировки было установлено Благословенным, когда община бхикку предпринимала тренировку, ты объявил об отказе [исполнять это правило].

А также и этого обстоятельства ты не смог увидеть: «Благословенный проживает в Саваттхи и Благословенный узнает обо мне так: «Бхикку по имени Бхаддали – это тот, кто не исполняет тренировку в Учении Учителя».

А также и этого обстоятельства ты не смог увидеть: «Многие бхикку поселились в Саваттхи на сезон дождей…» «Многие бхиккуни поселились в Саваттхи на сезон дождей…» «Многие миряне поселились в Саваттхи на сезон дождей…» «Многие мирянки поселились в Саваттхи на сезон дождей… «Бхикку по имени Бхаддали – это тот, кто не исполняет тренировку в Учении Учителя».

«Многие жрецы и отшельники поселились в Саваттхи на сезон дождей, и они также узнают обо мне так: «Бхикку по имени Бхаддали, старший ученик отшельника Готамы, не исполняет тренировку в Учении Учителя». Ты не смог увидеть этого обстоятельства».

«Уважаемый, проступок одолел меня – столь глупым, столь запутанным, столь неумелым я был, что когда правило тренировки было установлено Благословенным, когда община бхикку предпринимала тренировку, я объявил об отказе [исполнять это правило]. Уважаемый, пусть Благословенный простит меня за мой проступок, который я [теперь] увидел таковым, чтобы в будущем [я себя] сдерживал [в этом]».

«Вне сомнений, Бхаддали, проступок одолел тебя – столь глупым, столь запутанным, столь неумелым ты был, что когда правило тренировки было установлено Благословенным, когда община бхикку предпринимала тренировку, ты объявил об отказе [исполнять это правило].

Как ты думаешь, Бхаддали? Представь бхикку, который был бы освобождённым в обоих отношениях, и я сказал бы ему: «Ну же, бхикку, будь для меня мостком через грязь». Перешёл бы он сам, или же принял бы какую-то иную позу тела, или сказал бы «нет»?

«Нет, уважаемый».

«Как ты думаешь, Бхаддали? Представь бхикку, который был бы освобождённым мудростью… засвидетельствовавшим телом… достигшим воззрения… овсобождённым верой… идущим-за-счёт-Дхаммы… идущим-за-счёт-веры… «Ну же, бхикку, будь для меня мостком через грязь». Перешёл бы он сам, или же принял бы какую-то иную позу тела, или сказал бы «нет»?

«Нет, уважаемый».

«Как ты думаешь, Бхаддали? Был бы ты в таком случае освобождённым в обоих отношениях, или освобождённым мудростью, или… идущим-за-счёт-веры?»

«Нет, уважаемый».

«Бхаддали, разве не был бы ты в таком случае пустым, бессодержательным, ошибающимся?»

«Да, уважаемый».

«Уважаемый, проступок одолел меня – … Уважаемый, пусть Благословенный простит меня за мой проступок, который я [теперь] увидел таковым, чтобы в будущем [я себя] сдерживал [в этом]».

«Вне сомнений, Бхаддали, проступок одолел тебя – Но поскольку ты видишь свой проступок таковым и исправляешь его в соответствии с Дхаммой, мы прощаем тебя за это. Поскольку это является ростом в Дисциплине Благородных – когда кто-либо видит проступок таковым и исправляет его в соответствии с Дхаммой, предпринимая воздержание [от совершения подобного] в будущем.

Бхаддали, бывает так, когда некий бхикку не исполняет тренировки в Учении Учителя. Он рассуждает так: «Что если я затворяюсь в уединённом обиталище: в лесу, у подножия дерева, на горе, в ущелье, в пещере на склоне холма, на кладбище, в джунглях, на открытой местности, у стога соломы? Быть может, я смогу реализовать сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных». Он затворяется в таком уединённом обиталище. О мере того как он живёт затворённым, Учитель порицает его, его мудрые товарищи по святой жизни после изучения порицают его, дэвы порицают его, и он порицает себя. Будучи порицаемым Учителем… собой, он не реализует какого-либо сверхчеловеческого состояния, исключительности в знании и видении, что достойна Благородных. И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто не исполняет тренировку в Учении Учителя.

Бхаддали, бывает так, когда некий бхикку исполняет тренировку в Учении Учителя. Он рассуждает так: «Что если я затворяюсь в уединённом обиталище: в лесу, у подножия дерева, на горе, в ущелье, в пещере на склоне холма, на кладбище, в джунглях, на открытой местности, у стога соломы? Быть может, я смогу реализовать сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных». Он затворяется в уединённом обиталище: в лесу, у подножия дерева, на горе, в ущелье, в пещере на склоне холма, на кладбище, в джунглях, на открытой местности, у стога соломы. Учитель не порицает его, его мудрые товарищи по святой жизни после изучения не порицают его, дэвы не порицают его, и он не порицает себя. Будучи не порицаемым Учителем… собой, он реализует сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных.

Будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], он входит и пребывает в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием [ума на объекте медитации], с восторгом и удовольствием, что возникли из-за [этой] отстранённости. И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто исполняет тренировку в Учении Учителя.

С угасанием направления и удержания [ума на объекте], он входит и пребывает во второй джхане, в которой наличествуют уверенность в себе и единение ума, в которой нет направления и удержания, но есть восторг и удовольствие, что возникли посредством сосредоточения. И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто исполняет тренировку в Учении Учителя.

С угасанием восторга он пребывает невозмутимым, внимательным, бдительным, всё ещё ощущая приятное телом. Он входит и пребывает в третьей джхане, о которой Благородные говорят так: «Он невозмутим, осознан, находится в приятном пребывании». И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто исполняет тренировку в Учении Учителя.

С оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и грусти, он входит и пребывает в четвёртой джхане, которая является ни-приятной-ни-болезненной, характеризуется чистейшей внимательностью из-за невозмутимости. И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто исполняет тренировку в Учении Учителя.

Когда его ум стал таким сосредоточенным, очищенным, ярким, безупречным, избавленным от недостатков, гибким, податливым, устойчивым и непоколебимым, он направляет его к знанию воспоминаний прошлых жизней. Он вспоминает множество своих прошлых жизней – одну, две... пять... десять... пятьдесят, сто, тысячу, сто тысяч, за многие эпохи сжатия мира, за многие эпохи расширения мира, за многие эпохи сжатия и расширения мира… Так он вспоминает свои многочисленные прошлые жизни в подробностях и деталях. И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто исполняет тренировку в Учении Учителя.

Когда его ум стал таким сконцентрированным, очищенным, ярким, незапятнанным, лишенным нечистоты, гибким, покоренным, устойчивым и погруженным в неколебимость, он направляет к знанию смерти и перерождения существ. Посредством божественного видения, очищенного и превосходящего человеческое, он видит как существа покидают жизнь и перерождаются, и он распознаёт низменных и высоких, прекрасных и уродливых, удачливых и неудачливых. Он понимает, как существа переходят [из жизни в жизнь] в соответствии с их поступками: «Эти существа, которые придерживались плохого поведения в поступках, речах и мыслях,… после смерти, родились в состоянии лишений, в плохих местах, в погибели, даже в аду. Но эти достойные существа, что имели хорошее поведение телом, речью и умом, не оскорблявшие благородных, придерживавшиеся правильных воззрений и действовавшие под влиянием правильных воззрений, с распадом тела, после смерти, родились в благих местах, даже в небесном мире. И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто исполняет тренировку в Учении Учителя.

Когда его ум становится сконцентрированным, очищенным, ярким, незапятнанным, лишенным нечистоты, гибким, покоренным, устойчивым и погруженным в неколебимость, он направляет его к знанию уничтожения пятен [умственных загрязнений]. Он напрямую познаёт в соответствии с действительностью: «Вот страдание... Вот возникновение страдания... Вот прекращение страдания... Вот Путь ведущий к прекращению страдания... Это – пятна [загрязнений ума]... Это – происхождение пятен… Это – прекращение пятен… Это – путь, ведущий к прекращению пятен».

Когда он знает и видит так, его ум освобождается от пятна чувственного желания, от пятна существования, от пятна неведения. Когда он освободился, приходит знание: «Он освобождён».

Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования». И почему? Потому что так оно происходит с тем, кто не исполняет тренировку в Учении Учителя.

Когда так было сказано, достопочтенный Бхаддали сказал Благословенному: «Уважаемый, в чём условие, в чём причина, почему в отношении некоторого бхикку предпринимают меры посредством постоянного делания ему замечаний? В чём условие, в чём причина, почему в отношении некоторого бхикку не предпринимают меры посредством постоянного делания ему замечаний?»

«Бхаддали, бывает так, когда некий бхикку является постоянным нарушителем с многочисленными нарушениями [монашеских правил]. Когда бхикку его поправляют, он отвечает уклончиво, переводит обсуждение на другую тему, выражает беспокойство, ненависть и горечь. Он не поступает правильно, не выполняет указаний, не очищает себя, не говорит: «Почему бы мне не поступать так, чтобы община была бы удовлетворена?» В таком случае бхикку говорят: «Этот бхикку является постоянным нарушителем с многочисленными нарушениями [монашеских правил]. Когда бхикку его поправляют, он отвечает уклончиво, переводит обсуждение на другую тему, выражает беспокойство, ненависть и горечь. Он не поступает правильно, не выполняет указаний, не очищает себя, не говорит: «Почему бы мне не поступать так, чтобы община была бы удовлетворена?» Было бы хорошо, если бы достопочтенные изучали этого бхикку так, чтобы эта тяжба против него не разрешилась бы слишком быстро». И бхикку изучают его так, чтобы тяжба против него разрешилась бы слишком быстро.

Но бывает так, когда некий бхикку является постоянным нарушителем с многочисленными нарушениями [монашеских правил]. Когда бхикку его поправляют, он не отвечает уклончиво, не переводит обсуждение на другую тему, Не выражает беспокойство, ненависть и горечь. Он поступает правильно, выполняет указания, очищает себя, говорит: «Почему бы мне не поступать так, чтобы община была бы удовлетворена?» В таком случае бхикку говорят: «Этот бхикку является постоянным нарушителем с многочисленными нарушениями [монашеских правил]. Когда бхикку его поправляют, он не отвечает уклончиво, не переводит обсуждение на другую тему, Не выражает беспокойство, ненависть и горечь. Он поступает правильно, выполняет указания, очищает себя, говорит: «Почему бы мне не поступать так, чтобы община была бы удовлетворена?» «Было бы хорошо, если бы достопочтенные изучали этого бхикку так, чтобы эта тяжба против него разрешилась бы быстро». И бхикку изучают его так, чтобы тяжба против него разрешилась бы слишком быстро.

Бывает так, когда некий бхикку является нечастым нарушителем без многочисленных нарушений. Когда бхикку его поправляют, он отвечает уклончиво, переводит обсуждение на другую тему… В таком случае бхикку говорят: «Этот бхикку является нечастым нарушителем без многочисленных нарушений. Когда бхикку его поправляют, он отвечает уклончиво, переводит обсуждение на другую тему… Было бы хорошо, если бы достопочтенные изучали этого бхикку так, чтобы эта тяжба против него не разрешилась бы слишком быстро». И бхикку изучают его так, чтобы тяжба против него разрешилась бы слишком быстро.

Бывает так, когда некий бхикку является нечастым нарушителем без многочисленных нарушений. Когда бхикку его поправляют, он не отвечает уклончиво, не переводит обсуждение на другую тему… В таком случае бхикку говорят: «Этот бхикку является нечастым нарушителем без многочисленных нарушений. Когда бхикку его поправляют, он не отвечает уклончиво, не переводит обсуждение на другую тему… «Было бы хорошо, если бы достопочтенные изучали этого бхикку так, чтобы эта тяжба против него разрешилась бы быстро». И бхикку изучают его так, чтобы тяжба против него разрешилась бы слишком быстро.

Бывает так, когда некий бхикку совершенствуется за счёт некоторой доли веры и любви. В таком случае бхикку говорят: «Друзья, этот бхикку совершенствуется за счёт некоторой доли веры и любви. Если бы мы предпринимали меры в отношении него посредством постоянного делания ему замечаний, могло бы так случиться, что он утратил эту долю веры и любви».

Представь, как если бы у человека был бы только один глаз. Огда его друзья, товарищи, близкие и родственники охраняли бы его глаз, думая: «Пусть он не потеряет этот свой единственный глаз». Точно также, бывает так, когда некий бхикку совершенствуется за счёт некоторой доли веры и любви. В таком случае бхикку говорят: «Друзья, этот бхикку совершенствуется за счёт некоторой доли веры и любви. Если бы мы предпринимали меры в отношении него посредством постоянного делания ему замечаний, могло бы так случиться, что он утратил эту долю веры и любви». Вот в чём условие, в чём причина, почему в отношении некоторого бхикку предпринимают меры посредством постоянного делания ему замечаний. И вот в чём условие, в чём причина, почему в отношении некоторого бхикку не предпринимают меры посредством постоянного делания ему замечаний».

«Уважаемый, в чём условие, в чём причина, почему прежде было меньше правил [монашеской] тренировки, но больше бхикку становилось утверждёнными в окончательном знании? В чём условие, в чём причина, почему сейчас больше правил тренировки, но меньше бхикку становятся утверждёнными в окончательном знании?»

«Именно так оно, Бхаддали. Когда существа деградируют и подлинная Дхамма исчезает, тогда имеется больше правил тренировки, но меньше бхикку становятся утверждёнными в окончательном знании. Учитель не устанавливает правило тренировки для учеников до тех пор, пока основания для пятен [умственных загрязнений] не проявляются здесь, в Сангхе. Но когда здесь, в Сангхе, проявляются основания для пятен, тогда Учитель устанавливает правило тренировки для учеников с целью удержания на расстоянии тех вещей, что являются основой для пятен.

Те вещи, которые являются основанием для пятен, не проявляются здесь, в Сангхе, до тех пор, пока Сангха не достигла большого размера, обилия мирских обретений, длительной славы, великой учёности и выслуги. Но когда здесь, в Сангхе, проявляются основания для пятен, тогда Учитель устанавливает правило тренировки для учеников с целью удержания на расстоянии от оснований для пятен.

Вас было несколько, Бхаддали, когда я учил изложению Дхаммы посредством метафоры о молодом чистокровном жеребце. Помнишь ли ты это, Бхаддали?»

«Нет, уважаемый».

«И как ты думаешь, по какой причине [ты не помнишь этого]»?

«Уважаемый, долгое время я был тем, кто не исполняет тренировку в Учении Учителя».

«Это не единственное условие или причина. Охватив твой ум своим умом, долгое время я знал о тебе следующее: Когда я обучаю Дхамме, этот пустоголовый человек не принимает это во внимание, не уделяет этому внимания, не вовлекается в это всем своим умом, не слушает Дхамму, охотно склоняя к ней ухо». Тем не менее, Бхаддали, я научу тебя изложению Дхаммы посредством метафоры о молодом чистокровном жеребце. Слушай внимательно то, о чём я буду говорить».

«Да, уважаемый» – ответил достопочтенный Бхаддали. Благословенный сказал следующее:

«Бхаддали, представь, как умный объездчик лошадей приобретает отличного чистокровного жеребёнка. Вначале он делает так, что тот привыкает носить удила. Когда идёт процесс привыкания жеребёнка ко всем этим вещам, поскольку он делает то, чего прежде никогда не делал, он проявляет некоторое искривление, извилистость, колебание. Но из-за частых повторений и постепенной практики он становится спокойным в этом действии.

Когда жеребёнок стал спокойным в этом действии, объездчик лошадей делает так, что тот привыкает носить упряжь. Когда идёт процесс привыкания жеребёнка ко всем этим вещам, поскольку он делает то, чего прежде никогда не делал, он проявляет некоторое искривление, извилистость, колебание. Но из-за частых повторений и постепенной практики он становится спокойным в этом действии.

Когда жеребёнок стал спокойным в этом действии, объездчик лошадей делает так, чтобы тот держал шаг, бегал по кругу, гарцевал, галопировал, нёсся во весь опор, [тренирует его] в царских качествах, в царском наследии, в высочайшей скорости, в высочайшей проворности, в высочайшей покорности. Когда идёт процесс привыкания жеребёнка ко всем этим вещам, поскольку он делает то, чего прежде никогда не делал, он проявляет некоторое искривление, извилистость, колебание. Но из-за частых повторений и постепенной практики он становится спокойным в этом действии.

Когда жеребёнок стал спокойным в этих действиях, объездчик лошадей далее вознаграждает его растиранием и разглаживанием. Когда отличный чистокровный жеребёнок обладает этими десятью факторами, он достоин царя, достоин царской службы, считается одним из факторов царя.

Точно также, Бхаддали, когда бхикку обладает десятью качествами, он достоин даров, достоин гостеприимства, достоин подношений, достоин почтительного приветствия – непревзойдённое поле заслуг для мира. Какими десятью? Вот, Бхаддали, бхикку обладает: правильным воззрением того, кто вышел за пределы тренировки, правильным устремлением…, правильной речью…,  правильными действиями…, правильными средствами к жизни…, правильным усилием…, правильной внимательностью…, правильным сосредоточением…, правильным знанием…, правильным освобождением того, кто вышел за пределы тренировки. Когда бхикку обладает этими десятью качествами, он достоин даров, достоин гостеприимства, достоин подношений, достоин почтительного приветствия – непревзойдённое поле заслуг для мира».

Так сказал Благословенный. Достопочтенный Бхаддали был доволен и восхитился словами Благословенного.