Dhammacakkappavattana Sutta

Однажды, Бхагава пребывал в Варанаси в Оленей роще в Исипатане. Там он обратился к группе из пяти бхикку:

В эти две крайности, бхикку, не следует вдаваться тем, кто избрал отречение. Какие две? Одна, это приверженность чувственным удовольствиям (kāma), низменная, вульгарная, пустая, не благая, лишенная пользы; и, другая, это приверженность к самоистязанию, что также dukkha, не приносит блага, лишена пользы. Не вдаваясь в эти две крайности, бхикку, Tathāgata полностью прозрел в Срединный Путь (majjhima paṭipada), порождающий видение, порождающий знание (ñāṇa), ведущий к успокоению, к прямому знанию (abhiñña), к полному пробуждению (sambodhi), к Ниббане (Nibbāna).

И что же такое, бхикку, этот Срединный Путь (majjhima paṭipada), к которому полностью прозрел Tathāgata, порождающий видение, порождающий знание (ñāṇa), и ведущий к умиротворению, к прямому знанию (abhiñña), к полному пробуждению (sambodhi), к Ниббане (Nibbāna)?

Это, бхикку, Благородный Восьмеричный Путь (ariya aṭṭhaṅgika magga), то есть: Правильные взгляды, Правильное намерение, Правильная речь, Правильные поступки, Правильные средства к жизни, Правильное усилие, Правильная осознанность, Правильная собранность.

Это, бхикку, Благородный Срединный Путь (majjhima paṭipada), к которому прозрел Tathāgata, порождающий видение, порождающий знание (ñāṇa), и ведущий к умиротворению, к прямому знанию (abhiñña), к полному пробуждению (sambodhi), к Ниббане (Nibbāna).

Так же, бхикку, это Благородная Истина (ariya sacca) о страдании (dukkha):

рождение (jāti) это страдание, старость (jarā) это страдание, болезнь страдание, смерть (maraṇa) страдание, связь с неприятным страдание, разлука с приятным страдание, не получить то, что хочется, страдание; короче, пять присваиваемых совокупностей (upādāna'k'khandhas) это страдание.

Так же, бхикку, это Благородная истина (ariya sacca) о причине (samudaya) страдания (dukkha): причина в жажде (taṇhā), ведущей к перерождению, жажда наполненная желанием и наслаждением, ищущая удовольствия то здесь то там, то есть: жажда чувственных наслаждений (kāma-taṇhā), жажда существования (bhava-taṇhā) и жажда несуществования (vibhava-taṇhā).

Так же, бхикку, это Благородная истина (ariya sacca) о прекращении (nirodha) страдания (dukkha):

полное разъединение (virāga), прекращение (nirodha), отказ, отречение, оставление и свобода от этой самой жажды (taṇhā).

Так же, бхикку, это Благородная истина (ariya sacca) о пути ведущему (gāminī paṭipada) к прекращению (nirodha) страдания (dukkha):

Это тот самый Благородный Восьмеричный Путь (ariya aṭṭhaṅgika magga), то есть: Правильные взгляды, Правильное намерение, Правильная речь, Правильные поступки, Правильные средства к жизни, Правильные усилия, Правильная осознанность, Правильная собранность.

(1) это Благородная истина (ariya sacca) о страдании (dukkha): Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(2) Эту благородную истину (ariya sacca) о страдании (dukkha) нужно полностью понять: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(3) Эта благородная истина (ariya sacca) о страдании (dukkha) была полностью понята: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(4) Это Благородная истина (ariya sacca) о причине (samudaya) страдания (dukkha): Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(5) Эту Благородную истину (ariya sacca) о причине страдания (dukkha·samudaya) нужно [использовать], чтобы отбросить [страдание]: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(6) Эта Благородная истина (ariya sacca) о причине страдания (dukkha·samudaya) была [использована, чтобы] отбросить страдание: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(7) Это Благородная истина (ariya sacca) о прекращении (nirodha) страдания (dukkha): Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(8) Эту Благородную истину (ariya sacca) о прекращении (nirodha) страдания (dukkha) нужно лично испытать: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(9) Это Благородная истина (ariya sacca) о прекращении (nirodha) страдания (dukkha) была лично испытана: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(10) Это Благородная истина (ariya sacca) о пути ведущему (gāminī paṭipada) к прекращению (nirodha) страдания (dukkha): Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(11) Эту Благородную истину (ariya sacca) о пути ведущему (gāminī paṭipada) к прекращению (nirodha) страдания (dukkha) следует развить: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

(12) Эта Благородная истина (ariya sacca) о пути ведущему (gāminī paṭipada) к прекращению (nirodha) страдания (dukkha) была развита: Так, бхикку, неслыханных прежде вещей во мне, видение возникло, знание (ñāṇa) возникло, мудрость (paññā) возникла, высшее знание (vijjā) возникло, свет возник.

И пока, бхикку, мое знание и видение этих четырех Благородных Истин в их двенадцати аспектах и трех фазах не стало совершенно чистым, я не заявлял, что я пробудился к верховному просветлению (sammā·sambodhi) в этом мире с его богами (devas), с его Марами и Брахмами, с отшельниками (samaṇas) и брахманами, в этом поколении с его богами и людьми.

Но как только, бхикку, мое знание и видение этих четырех Благородных Истин в их двенадцати аспектах и трех фазах стало совершенно чистым, я заявил что я полностью пробудился к верховному просветлению (sammā·sambodhi) в этом мире с его богами (devas), с его Марами и Брахмами, с отшельниками (samaṇas) и брахманами, в этом поколении с его богами и людьми.

Знание (ñāṇa) и видение возникли во мне: мое освобождение (vimutti) непоколебимо, это моя последняя жизнь (jāti), дальнейшего существования (bhava) больше нет.

Так говорил Благословенный (Bhagavā). Группа из пяти бхикку обрадовалась словам Благословенного. И когда это учение было произнесено, в благородном Конданье свободное от страсти, непорочное видение Дхаммы возникло:

“все, что имеет природу возникновения (samudaya), имеет природу прекращения (nirodha).”

И когда Благословенный (Bhagavā) привел в движение Колесо Дхаммы (Dhamma), дэвы земли громко объявили: “В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не может быть остановлено ни отшельниками (саманами), ни брахманами, ни девами, ни Марой, ни Брахмой, ни кем-либо в мире.”

Услышав клич дэв земли, Чатумахараджика дэвы громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни девам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Услышав клич дэв Чатумахараджика, дэвы Таватимса громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни девам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Услышав клич дэв Таватимса, дэвы Яма громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни девам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Услышав клич дэв Яма, дэвы Тусита громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни дэвам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Услышав клич дэв Тусита, дэвы Нимманарати громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни дэвам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Услышав клич дэв Нимманарати, дэвы Параниммитавасаватти громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни дэвам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Услышав клич дэв Параниммитавасаватти, дэвы Брахмакайика громко объявили:
“В Варанаси, в Оленьем парке в Исипатане, Благословенный привел в движение высшее Колесо Дхаммы, которое не остановить ни отшельникам (samaṇena), ни брахманам, ни дэвам (devas), ни Марам и Брахме ни кому-либо в мире.”

Так в тот момент, в ту самую секунду, клич распространился до Брахма-локаи.
И вся десятитысячная сфера миров содрогнулась, задрожала и затряслась, и в мире появился великий, безграничный свет, в котором поблекло великолепие богов (devas).

Тогда Благословенный радостно воскликнул (udāna):
“Конданья действительно понял! Конданья действительно понял!”
Так, благородный Конданья получил имя Конданья-Понявший (aññāsi koṇḍañño).