Thag 16.1 Стихи старших бхикку 16.1 · Двадцать строф · Глава первая
Adhimuttattheragāthā
Адхимутта Тхера
Нажмите на любое слово пали, чтобы увидеть его значение.
“Yaññatthaṁ vā dhanatthaṁ vā, ye hanāma mayaṁ pure; Avasesaṁ bhayaṁ hoti, vedhanti vilapanti ca.
«Погубленные нами люди Добычи ради иль во имя приношенья жертв, Завидев нож наш, Все как один дрожали от испуга.
Tassa te natthi bhītattaṁ, bhiyyo vaṇṇo pasīdati; Kasmā na paridevesi, evarūpe mahabbhaye”.
В тебе же трепетания не видно, Лицо твоё спокойно; Поведай, как не впал в отчаянье ты В столь роковой момент?»
“Natthi cetasikaṁ dukkhaṁ, anapekkhassa gāmaṇi; Atikkantā bhayā sabbe, khīṇasaṁyojanassa ve.
Сердечных нет терзаний у того, Кто чаянья отринул, о главарь; Остался трепет позади мой, Оковы все я разрубил.
Khīṇāya bhavanettiyā, diṭṭhe dhamme yathātathe; Na bhayaṁ maraṇe hoti, bhāranikkhepane yathā.
Покончил с тягой я к существованью, Явленья знаю все такими, какие они есть; Нет больше ужаса от смерти, Она — сложенье ноши для меня.
Suciṇṇaṁ brahmacariyaṁ me, maggo cāpi subhāvito; Maraṇe me bhayaṁ natthi, rogānamiva saṅkhaye.
Жизнь славно прожита была, В усердии взрастил я Благородный путь И смерти не страшусь, Она — окончанье хвори для меня.
Suciṇṇaṁ brahmacariyaṁ me, maggo cāpi subhāvito; Nirassādā bhavā diṭṭhā, visaṁ pitvāva chaḍḍitaṁ.
Жизнь славно прожита была, В усердии взрастил я Благородный путь Безрадостным я вижу бытие — Оно, как яд, отвергнуто мной было.
Pāragū anupādāno, katakicco anāsavo; Tuṭṭho āyukkhayā hoti, mutto āghātanā yathā.
Тот, кто достиг иного брега, Исполнив долг свой, без влечений пребывая, — Доволен жизни завершеньем, Словно освобождённый от наказанья.
Uttamaṁ dhammataṁ patto, sabbaloke anatthiko; Ādittāva gharā mutto, maraṇasmiṁ na socati.
Постигнув Дхаммы высшей смысл, Он в мире ни к чему уж не влечётся, О гибели своей он не горюет, Как спасшийся из пылающего дома.
Yadatthi saṅgataṁ kiñci, bhavo vā yattha labbhati; Sabbaṁ anissaraṁ etaṁ, iti vuttaṁ mahesinā.
Что ни возникло бы, Где б существование ни обреталось — Нет повелителя над ним, Великий провидец возвестил о том.
Yo taṁ tathā pajānāti, yathā buddhena desitaṁ; Na gaṇhāti bhavaṁ kiñci, sutattaṁva ayoguḷaṁ.
Тот, кто познал как-оно-есть, Учение, проповеданное Татхагатой, Не держится за бытие, Как не хватаются за раскалённый шар.
Na me hoti ‘ahosin’ti, ‘bhavissan’ti na hoti me; Saṅkhārā vigamissanti, tattha kā paridevanā.
«Я был», «Я буду» — Подобных дум не ведаю давно; Всё сотворённое распадётся — Что горевать о том?
Suddhaṁ dhammasamuppādaṁ, Suddhaṁ saṅkhārasantatiṁ; Passantassa yathābhūtaṁ, Na bhayaṁ hoti gāmaṇi.
Видя всё таким, какое оно есть, Он зрит вещей пустое появленье, Пустую череду условий, Лишён он страха, о главарь.
Tiṇakaṭṭhasamaṁ lokaṁ, yadā paññāya passati; Mamattaṁ so asaṁvindaṁ, ‘natthi me’ti na socati.
Взирая с мудростью, Он зрит весь мир подобным веткам и траве; Он ничего не мнит своим, И потому он не скорбит.
Ukkaṇṭhāmi sarīrena, bhavenamhi anatthiko; Soyaṁ bhijjissati kāyo, añño ca na bhavissati.
Пресытился я телом, Другого бытия не нужно мне. К рожденьям не влекусь: когда придёт пора погибнуть, Другого тела я не обрету.
Yaṁ vo kiccaṁ sarīrena, taṁ karotha yadicchatha; Na me tappaccayā tattha, doso pemañca hehiti”.
Вы поступите с моим телом так, Как вам заблагорассудится; Ни возмущенья, ни приязни Это не вызовет во мне.
Tassa taṁ vacanaṁ sutvā, abbhutaṁ lomahaṁsanaṁ; Satthāni nikkhipitvāna, māṇavā etadabravuṁ.
Слова услышав эти, что власа вздымают, Из рук разбойники выронили острые ножи; Спросили:
“Kiṁ bhadante karitvāna, ko vā ācariyo tava; Kassa sāsanamāgamma, labbhate taṁ asokatā”.
Бханте, что за учение вы практиковали, Кто ваш учитель? Какой закон познав, пришли к такому умиротворенью?».
“Sabbaññū sabbadassāvī, jino ācariyo mama; Mahākāruṇiko satthā, sabbalokatikicchako.
«Учитель мой есть Победитель, Всезнающий, Всевидящий, С великим состраданьем, Он всех существ целитель.
Tenāyaṁ desito dhammo, khayagāmī anuttaro; Tassa sāsanamāgamma, labbhate taṁ asokatā”.
Он учит Дхамме высшей, Что к прекращению приводит; Последовав сим наставленьям, Достигнуть можно состоянья без печали».
Sutvāna corā isino subhāsitaṁ, Nikkhippa satthāni ca āvudhāni ca; Tamhā ca kammā viramiṁsu eke, Eke ca pabbajjamarocayiṁsu.
Постигнув эти славные слова, Отбросили лиходеи оружие своё; Одни навеки от злодейства отказались, Другие постриг приняли.
Te pabbajitvā sugatassa sāsane, Bhāvetva bojjhaṅgabalāni paṇḍitā; Udaggacittā sumanā katindriyā, Phusiṁsu nibbānapadaṁ asaṅkhatanti.
Пришедшие к Учению Сугаты, Все звенья Пробуждения взрастив, духовные силы, Коснулись эти мудрые Ниббаны, Где составное исчезает, не оставляя и следов после себя.
… Adhimutto thero ….