Часть II. Ремесло сердца

Когда я впервые узнал о противоречивых взглядах, которых держатся практикующие, и о том, как плохо они осведомлены, их желание узнать истину меня вдохновило, но в то же время их взгляды меня удручили: правильное в них смешано с неправильным. Одни говорят, что пути и плоды, ведущие к Ниббане, всё ещё существуют, другие утверждают, что они ушли в прошлое и больше недостижимы.

Это последнее убеждение удручает особенно, потому что именно желание путей и плодов, ведущих к Ниббане, с самого начала и привело всех нас к тому, чтобы посвятить себя практике учения Будды.

Если у нас нет такого желания, мы вряд ли будем особенно искренни в практике; а если мы неискренни, наша практика будет тщетной в том, что касается пользы, которую Будда хотел нам принести, потому что Будда учил с единственной целью: освободить живых существ от страдания. Если бы мы, как паразиты, пролезли в его религию, это пошло бы вразрез с его сострадательными намерениями по отношению к нам.

Обычно каждый из нас без исключения стремится к хорошему, поэтому нам следует интересоваться любыми факторами, которые могут привести к освобождению от страдания. Не позволяйте учению Будды пройти мимо вас впустую.

В целом, судя по тому, что я видел у практикующих, очень многие из них в своей тренировке смешивают правильное с неправильным, а затем объявляют себя учителями и наставляют учеников согласно своим разнообразным теориям о джхане, сосредоточении, Ниббане и потоке, ведущем к ней.

Самый низкий уровень — это те, кто настолько увлекается собственными взглядами и мнениями, что их учение превращается в неправильные взгляды: они говорят, например, что у нас недостаточно заслуг, чтобы практиковать, что мы родились слишком поздно для путей и плодов, ведущих к Ниббане, и потому должны оставить практику. (Мнения такого рода бывают разной степени: от грубых до средних и тонких.) Но какой бы уровень человек ни познал, если он не знает сердец и умов других, ему будет очень трудно сделать своё учение действенным и полезным.

Даже если у него добрые намерения, но он не знает тех, кого учит, продвижение будет трудным. Будда, когда бы он ни учил, знал способности и склонности слушателей и то, к какому уровню учения они созрели. Он приспосабливал учение к их состоянию и потому получал хорошие результаты. Хотя семян для посева у него было много, он сеял их только там, где знал, что они принесут плод.

Если он видел, что почва бесплодна или климат суров, он не сеял вовсе. А у нас всего горсть риса, но мы бросаем её на горный хребет или в пучину моря и получаем либо скудные результаты, либо вовсе никаких. Поэтому в эту книгу я включил учения всех уровней (начального, среднего и продвинутого), чтобы читатель мог легко выбрать то, что подходит его собственному уровню достижения.

Если в практике медитации вы направляете ум по правильному пути, вы увидите результаты уже в настоящем. Но если вы сбиваете себя с пути, то и вред пожнёте уже в настоящем. По большей части, если медитирующим не хватает обучения, которое даёт общение с хорошими людьми, по-настоящему сведущими и опытными, они могут самыми разными способами впасть в заблуждение или в раздвоенность ума. Как именно?

Тем, что позволяют себе увлечься знаками или видениями, которые им являются, до такой степени, что теряют ощущение собственного тела и ума. Особенно повинна в этом игра с внешним kasiṇa (предметом для созерцания).

Те, кому не хватает обучения, склонны к галлюцинациям: они убеждены в истинности всего, на чём сосредоточиваются, и позволяют себе увлечься тем, что знают и видят, пока не потеряют связь с реальностью, и тогда мудрости любого рода трудно возникнуть. По этой причине в этом руководстве я учил сосредоточиваться исключительно на теле и уме; важно только одно: не хвататься за то, что может явиться в ходе практики, и не становиться одержимым этим.

Есть множество учителей медитации, которые отходят от основных принципов, преподанных Буддой. Некоторые из них, надеясь на выгоду, положение или похвалу, учреждают собственные вероучения с магическими формулами и строгими обрядами и учат учеников призывать Будду на помощь. (Наш Будда вовсе не бог, который придёт нам на помощь. Напротив, нам самим нужно развивать себя, чтобы достичь его уровня.) Некоторые учителя призывают пять видов восторга или же видения того или иного цвета или формы.

Если вы видите такое-то видение, вы достигаете первого уровня пути, и так далее, пока не достигнете второго, третьего и четвёртого уровней, а затем раз в год преподносите учителю рис, фрукты и свиную голову. (Будда распространял своё учение не для того, чтобы мы умилостивляли его подношениями. Он был вне власти каких бы то ни было материальных предметов.) Когда ученики таких учителей доходят до конца своих обрядов, уровней для достижения у них больше не остаётся, и они могут счесть себя Буддами, паччекабуддами или благородными учениками, и так становятся мгновенными арахантами. У них навостряются уши, волосы встают дыбом, и они приходят в возбуждение, совершенно несоразмерное с тем, что есть на самом деле.

Когда вы учитесь у некоторых учителей, вам приходится начинать с подношения пяти свечей и благовонных палочек, а то и десяти, плюс столько-то цветов и столько-то воздушного риса, в такой-то день недели, в такое-то время дня, в зависимости от предпочтений учителя. (Если вы можете себе это позволить, ничего плохого в этом нет, но это значит, что бедным людям или людям, у которых мало свободного времени, будет трудно научиться медитировать.) Когда церемония закончена, учитель велит вам медитировать: arahaṃ, arahaṃ или buddho, buddho, пока вы не получите видение, которое он учит вас искать (например, белое, синее, красное, жёлтое, труп, воду, огонь, человека, Будду, благородного ученика, небеса, ад), и тогда вы начинаете строить предположения вслед за объектами, которые видите.

Вы спешите заключить, что увидели что-то особенное или достигли Ниббаны. Иногда ум собирается до того, что вы сидите неподвижно, в оцепенении, вовсе без бдительности. Иногда вы переживаете яркий свет и теряете ориентацию. Или же возникает удовольствие, и вы привязываетесь к удовольствию; или возникает покой, и вы привязываетесь к покою; или возникает видение или цвет, и вы привязываетесь к ним. (Всё это не более чем uggaha nimitta, то есть образы, возникающие в ходе медитации.) Может быть, возникает мысль, и вы думаете, что это прозрение, и тогда вы по-настоящему увлекаетесь. Вы можете решить, что вы вступивший в поток, возвращающийся один раз или арахант и что никто в мире вам не ровня.

Вы держитесь за свои взгляды как за правильные во всех отношениях, порождая гордыню и самомнение, считая себя тем или этим. (Всё, что здесь упомянуто, неправильно, если к этому привязаться.) Когда так происходит, у освобождающего прозрения не будет возможности возникнуть. И вот вам приходится десятилетиями копать и копать, а потом вы зацикливаетесь на том, что практикуете уже целых двадцать лет, и потому не потерпите, если кто-то придёт и решит, что он лучше вас.

И вот из страха, что другие будут смотреть на вас свысока, вы становитесь ещё упрямее и горделивее, и дальше этого ваши знания и изобретательность вас не заведут. Что до настоящего достижения, некоторые люди такого рода даже не впустили Три Драгоценности в своё сердце. Конечно, наверняка есть много людей, которые знают лучше. Я не хочу бросать тень на тех, кто знает.

По этой причине я составил эту книгу в соответствии с тем, что сам изучал и практиковал. Если вы видите, что это может быть тот путь, который вы ищете, рассмотрите её внимательно. Мой учитель не учил так, как в примерах выше. Он учил, исходя из того, что было под рукой, и не требовал, чтобы вы обязательно подносили пять благовонных палочек или десять свечей, свиную голову, воздушный рис, цветы или что-нибудь ещё.

Богаты вы были или бедны, он просил только убеждённости в Будде и готовности практиковать его учение. Если вы хотели сделать подношение, хватало нескольких свечей и благовоний как подношения Трём Драгоценностям: одна свеча, если у вас была одна, две, если две; а если не было ни одной, вы могли вместо этого посвятить свою жизнь. Затем он велел вам повторять формулу принятия прибежища в Трёх Драгоценностях, как в методе, данном в этой книге.

Такой его подход к обучению всегда казался мне благоприятным для практики. Я практикую уже немало лет, и всё, что я наблюдал за это время, вызвало у меня чувство жалости и к себе, и к другим людям. Если мы практикуем правильно, мы, скорее всего, быстро обретём ту пользу, на которую надеемся.

Мы обретём знание, которое заставит нас дивиться благу, приходящему от практики медитации, или даже увидим пути и плоды, ведущие к Ниббане, в этой самой жизни, потому что Ниббана присутствует всегда. Недостаёт только людей, которые раскроют её в себе.

Одни не знают как; другие знают, но им это неинтересно, и к тому же у них ошибочные предположения о ней: они думают, например, что Ниббана исчезла, что её нет, что она недостижима, что она не по силам людям нынешнего времени; говорят, что мы не благородные ученики, так как же мы могли бы её достичь. Последнее мнение — особенно сильное заблуждение. Если бы мы уже были хорошими, уже благородными учениками, зачем бы нам было ходить и пытаться достичь Ниббаны?

Если мы не презираем учение Будды, то все мы можем его практиковать. Но на самом деле, хотя мы и поклоняемся Дхамме, мы не практикуем Дхамму, а это то же самое, что презирать её. Если нам достаточно хорошо живётся в настоящем, мы можем сказать себе, что практику Дхаммы можно отложить до следующей жизни или, по крайней мере, на любое время, только не на сейчас. Или мы берём в оправдание свои омрачения, говоря, что сначала нужно оставить жадность, гнев и заблуждение, а потом уже практиковать учение Будды. Или же берём в оправдание работу, говоря, что сначала нужно перестать работать.

На самом деле нет никакой причины, чтобы медитация мешала нашей работе, потому что она целиком дело сердца. Не нужно разбирать свой дом или бросать имущество, прежде чем практиковать; а если бы мы так выбросили своё имущество, это, скорее всего, в конце концов принесло бы вред.

Хотя мы и правда любим себя, но если мы не трудимся ради собственной пользы, если колеблемся и медлим, нагружая себя балластом и кирпичами, то наши дни и ночи проходят впустую. Поэтому нам следует развивать и совершенствовать факторы, которые приводят к путям и плодам, ведущим к Ниббане: нравственность, сосредоточение и мудрость. Если вам это интересно, то изучите порядок действий, объяснённый в следующих разделах.

Выберите тот раздел, который, как вам кажется, соответствует вашему уровню и способностям, и возьмите его себе как руководство. Что до меня, то к учению Будды меня впервые привлекли его слова о том, что притязать на физические и умственные явления как на свои собственные — это страдание. Когда я обдумал его учение о том, что тело есть anattā, не-я, природа тела начала вызывать у меня чувство отрезвления.

Я исследовал его, чтобы увидеть, в каком смысле оно не-я, и, насколько позволяло моё понимание, учение Будды стало для меня очень ясным.

Я рассмотрел, как тело возникает, поддерживается и погибает, и пришёл к заключению: (1) оно возникает из upādāna, цепляния через ошибочные предположения, которое составляет сущность каммы. (2) Оно поддерживается питанием, которое дают нам родители; а поскольку у родителей нет ничего своего, чем нас питать, им приходится искать пищу (двуногих животных, четвероногих животных, животных в воде и животных на суше), покупая её или убивая самим, а потом кормить ею нас.

Животные, с которыми так обращаются, непременно проклинают тех, кто их убивает и ест, и ищут мести, точно так же, как мы держимся за своё имущество и ищем мести тем, кто нас грабит.

Те, кто не знает истины о теле, принимают его за «я», но, рассмотрев болезни, которыми мы страдаем в глазах, ушах, носу, языке и во всех частях тела, я заключил, что нас, вероятно, прокляли животные, которых мы съели, потому что все эти части происходят из пищи, которую мы сделали из их тел. И потому наше тело, проклятое таким образом, страдает от боли без всякой возможности вымолить пощаду.

Так, став жертвами духов этих животных, мы страдаем от боли в глазах, боли в ушах, боли в носу и языке и по всему телу, пока в конце концов нам не придётся отдать всё целиком, чтобы они могли всё это съесть. Даже пока мы ещё живы, некоторые из них, например комары и мошки, приходят и пытаются взять его силой. Если мы не отпустим привязанности к телу, нам предстоит страдать ещё много жизней.

Это одна из причин, по которым меня привлекло учение Будды о не-я.

(3) Тело погибает оттого, что лишается питания. Это случается с нами, без сомнения, в результате наших прошлых действий. Вероятно, мы были суровы к другим живым существам, лишали их пищи до того, что им приходилось расставаться с телами, к которым они так привязаны. Когда плоды таких действий созреют, нашим телам придётся так же разрушиться и распасться.

Размышляя так, я почувствовал ещё большее влечение к практическим методам, которые Будда рекомендовал для того, чтобы увидеть не-я и отпустить предположения, за которые мы цепляемся, чтобы нам больше не приходилось держаться за сокровища, на которые притязают невежественные и зацикленные животные.

Если мы упорно держимся за тело как за своё, это то же самое, что обманом отнять у других их имущество, превратить его в собственную плоть и кровь, а потом, забыв, откуда всё это взялось, ухватиться за него как за своё кровное. Когда так происходит, мы похожи на ребёнка, который родился в одной семье, а потом был взят и выращен в другой семье, с другим языком, и непременно забудет свой родной язык и фамилию.

Если кто-то придёт и назовёт его прежним именем, он, скорее всего, этого не потерпит, потому что не знает своего происхождения. Так и с телом: когда оно выросло, мы цепляемся за него, принимая его за «я». Мы забываем его происхождение и потому становимся одурманенными, пристрастившимися к физическим и умственным явлениям, и терпим боль бесчисленные жизни.

Эти мысли и привели меня к тому, чтобы начать практиковать учение Будды и освободить себя от этой массы страдания. Поэтому тем из нас, кто ещё не развит и ещё юн, следует практиковать Дхамму в меру силы своего понимания.

Если в том, что я написал, есть что-то ошибочное или неполное, или если какие-то места плохо ложатся на слух, пожалуйста, внесите исправления в соответствии с целями Благословенного Будды.